Убийство на Неглинной

– Ну разумеется. Но эта сторона деятельности меня совершенно не интересует. К налоговой полиции никакого отношения не имею. Было также мнение, что вот этой группе лиц в свое время оказывал покровительство тогдашний префект, а ныне – покойный вице-губернатор.

– Это, знаете ли, вопрос!

– Объясню свой интерес. В некоторых средствах массовой информации проскользнули некие подсказки следствию. Суть их в том, что убийство Михайлова было совершено казанской оргпреступной группировкой якобы за его поддержку тамбовских.

Логично?

– Ни малейшей логики, – фыркнул старик.

– Ну почему же? Он же являлся, помимо всего прочего, председателем Комитета по управлению городским имуществом. В принципе ведь очень несложно проверить, чьи капиталы и сколько вложены в те или иные приобретения. Полагаю, речь пойдет не просто о больших, а очень больших деньгах. Возможно, я ошибаюсь, но не исключаю, что часть денег прилипла к рукам этого госчиновника. Удовлетворить интересы всех сторон – невозможно, это аксиома.

Значит, всякий раз кто-то оставался обиженным. А когда неудачи повторяются, обида вырастает до неизмеримых высот. Вернее, измеримых лишь одним фактором – пулей. Итак, были серьезно задеты интересы. Так называемые стрелки ни к чему не привели, и во избежание повторения междуусобной резни середины девяностых годов было решено ликвидировать первопричину. Разве не логично?

– Ха! Но тогда с таким же успехом вы можете искать заказчика и среди тамбовских. Ведь по вашему раскладу они ничем не лучше казанских.

– Да вы ж сами только что заметили, что далеко не все ваши бывшие… коллеги отошли от криминалитета. Где же моя ошибка? Мог случиться и третий вариант: бригадиры наконец договорились, и тогда одни сделали заказ, а другие предоставили высокопрофессионального исполнителя.

– Тут у вас, Александр Борисович, хотя вроде и выглядит все логично, но имеется одна серьезная неувязка.

– В чем же?

– Договориться с казанскими нельзя. Это – отморозки.

– Да? Между прочим, то же самое знающие люди говорили мне о тамбовских братках.

Никоим образом не хочу вас обидеть, но ведь вот мы же разговариваем с вами. И вы даже помочь мне решили… разобраться во всей этой криминальной каше. Значит, ничего нельзя принимать на веру. Люди всегда остаются людьми. Кому приспичит – договорятся!

– Ну, наш с вами разговор, – помолчав, ответил старик, – как и его тональность, не имеет отношения к постоянным разборкам двух подлинных хозяев этого города.