Убийство на Неглинной

Гоголев качал головой и ожесточенно чесал подбородок.

– Ну надо же! Вот новый человек… Спасибо, сделаем. Ко мне у вас есть дела? Или хотите в прокуратуру?

– А куда ж мне еще? Одна дорога… – и подумал, что был бы сейчас очень хорош, если бы взял-таки вчера с собой дело, и оно наверняка если не пропало, то просмотрено было бы уж точно. Нет, все-таки надо верить предчувствию и интуиции. – Значит, мы договорились, Виктор Петрович, вы сделаете то, что я просил, но с Маркашиным разговоров не ведите, я сам ему скажу…

Семен Макарович, сообщив о вынесенном постановлении насчет Турецкого и выслушав сдобренный изрядной порцией юмора его рассказ, искренне испугался, хотя подобное состояние духа никак ему не шло.

Насторожило его и обращение следователя за помощью в уголовный розыск. Но тут Турецкий легко убедил прокурора, что у того отродясь знающих специалистов, какие бывают в угрозыске, не было, да и быть не могло. А тот же Гоголев, можно быть абсолютно уверенным, человек в определенном смысле железный. Сказал – сделает и лично Маркашину все покажет и объяснит, как пользоваться.

Затем «важняк», словно бы кожей чувствуя приближение каких-то важных событий, но не решаясь ничего торопить, отправился в кабинет Щербины и уселся изучать по-новому протоколы допросов свидетелей, акты всяческих экспертиз. Все вроде знал, но для собственной ясности не хватало какого-то штриха. Вот его и искал.

Прихватив с собой старшего лейтенанта Пахомова, Гоголев отправился сам выполнять просьбу Турецкого. Тем более что Грязнов по телефону не столько благодарил его, сколько еще раз просил проявить максимум внимания к просьбам следователя и пока не задавать лишних вопросов.

Все вот-вот прояснится.

Ему показалось странным, что в мэрии не нашлось никаких документов, касающихся Сергея Новикова. Чиновная дама-кадровичка заявила, что личное дело на него, естественно, завели при приеме на работу. Но затем в связи со случившимся огромным несчастьем в кадры приезжали не то из прокуратуры, не то из милиции и дело Новикова забрали.

Под расписку. Она где-то есть, конечно, но… надо поискать. А в чем дело? Почему такая срочность?

Вот так – ни личного дела, ни фото. А ведь все было! Иначе откуда взяты сведения? Гоголев тут же перезвонил Щербине. Тот подтвердил, что личное дело видел, читал, но поскольку Новиков проходит свидетелем, следователь выписал основные его данные, а дело вернули по назначению. Курьер прокуратуры и отвез обратно в мэрию. Сдал под расписку. Вот она.