Дары Крови

А мне?

— Господин, у вас есть в этом сомнение?

— Что, если я не сын Нумеро?

Мне было отчётливо видно, как изумлённо вскинул брови Креод:

— Господин? Что за... Что за странные вещи я слышу? С чего, вообще, у вас возникли такие мысли? Вы сегодня брились и смотрели в зеркало. Неужели не заметили, что из него на вас глядит отец?

Я невольно поднял руку и провёл кончиками пальцев по щекам, ощущая колкость уже отросшей щетины. Что есть, то есть. Я и сам давно отбросил эти сомнения, которые появились у меня в Кузне Крови.

Сейчас сказал их, лишь чтобы надавить на Креода.

А он и не думал умолкать:

— Но даже если вы не верите зеркалу, даже если допускаете мысль, что госпожа действительно изменила... — я вперил в него взгляд, неожиданно злясь на Креода, а тот лишь пожал плечами. — Что это меняет? Я верен и господину Нумеро, и госпоже Терсии, и вам. Вас никто вроде не вычёркивал из родовых книг, так ведь?

— Удобно, — ухмыльнулся я. — Но что, если окажется, будто во мне кровь не Денудо, а, например..

. Например, Вораз. Что, если завтра прискачет гонец от Нумеро и сообщит: я вычеркнут из родовой книги и больше не Денудо?

— Это станет для меня тяжёлым известием, но...

Креод замолчал, я, глядя исподлобья, напряжённо ждал ответа.

Наконец, его слова разорвали ночную тишину:

— Это ничего не изменит. Выбирая между верностью старому господину и вами, я выберу вас.

— Хорошо, — снова кивнул я, снова облизал губы и шагнул в речах ещё чуть дальше. — Когда вокруг тебя без причин умирали реольцы, не думал ли ты о том, что ни Дом Денудо, ни Дом Вораз, ни Дом Велоз не обладает такой силой и такими способностями?

— Думал, господин, — признался Креод.

— Я даже задумался над тем, что вы словно сама смерть и умирают все, кто к вам приближается.

— И?

— Что и? Я был жив, хотя стоял на коленях рядом с вами, живы были и граухи.

— Хорошо. И какому же Дому может принадлежать такая сила?

— Дому, в котором есть вы, господин? — предложил мне ответ Креод. Мотнул головой. — Господин, мне неважно, как он будет называться, потому что я верен вам.

Я проглотил вставший в горле комок и хрипло спросил:

— Даже если это Дом Оскуридо, проклятая кровь прислужников Безымянного?

Тени, что окружали нас кольцом, даже не шевельнулись, но я знал, видел, понимал — они готовы рвануть вперёд, готовы напасть на Креода и убить его.

Креод молчал лишь два удара сердца. Едва сердце у меня в груди стукнуло третий раз, он твёрдо произнёс:

— Даже если это Дом Оскуридо.