Дары Крови

Но я снова справился и почти, как мне кажется, спокойно заметил:

— Угрожать мне точно не нужно, вы же не думаете, что жетон на поясе я получил на пустом месте? — раньше, чем мрачный Азур ещё что-то сказал в ответ, торопливо предложил. — Мы вполне можем обойтись без крайних мер. Оба. Гляньте, он всё понял и не проронит ни слова об этом деле.

Азур покосился на бешено кивающего и мычащего солдата и скривился:

— Сейчас, может, и да. Но кто прикроет ему рот, когда он выйдет отсюда? А остальным вашим людям?

— Здесь не только мои люди, а слухи про Кровавых и так и так ходят по лагерю, вам ли не знать, — соврал я.

— Не на пустом же месте я пришёл сюда?

В этот раз Азур молчал дольше, не поднимая взгляда от моей плети, что так и портила пол. Наконец, поднял взгляд:

— Хорошо, по этому вопросу мы договорились. Вы трое — вон.

Мужики, одетые в грязные, заляпанные кровью балахоны, грохнули солдата на лежанку, затем бочком, вдоль стенки, выбрались из комнатушки этой человеческой конюшни в общий коридор и были таковы.

Азур же мрачно продолжил:

— Но что дальше? Ранения есть ранения, случается всякое, ты предлагаешь мне нарушить приказ гонгана?

Я вздохнул, смял печать в кулак. Пришло время ещё одних советов Думайна.

— Мне нет дела до всех, я хочу лишь получить поблажку отряду Гирь Весов. Не за просто так. У нас в отряде полно адептов, а здесь в лечебнице их, я слышал, напротив, не хватает. Каждый раз, когда сюда попадают наши люди, я буду присылать с ними одного адепта, который снимет часть работы с твоих людей, хёнбен Азур.

Он поможет с их лечением, а так же подлечит тех, на кого ты покажешь. Если нужно, конечно.

— Ты на что намекаешь?

Молак, наконец, решил дать совет. Причём очевидный.

— Господин, стоит извиниться.

Я пожал плечами:

— На то, что не всегда раненые нуждаются в техниках. Иногда достаточно и лекарств с исарами.

Азур хмыкнул, но всё же кивнул:

— Хорошо, договорились. Когда пришлёшь адепта?

Я вздохнул:

— Раз здесь я, то чего ждать? Или я не адепт? — спохватившись, что сейчас Азур заставит меня лечить до вечера, добавил новое условие.

— Число техник ограничено небольшой слезой Амании, скажем, на два десятка «Зерраум сортам зиарот». Слеза с тебя.

— Только на восполнение жара души, потом и ты, и твои люди сдают её обратно.

— Конечно.

Спохватился я уже в коридоре. Вернулся и порвал верёвки на запястьях раненого. Сказал прямо:

— Держи язык за зубами или я лично тебя прикончу.

Тот, пуча глаза, бешено закивал.