Убийство за кулисами

Мысль попытаться отбиться от дела об убийстве оперной дивы, аргументируя это намерение обилием текущих дел, включая громоздкое северотуринское, ушла так же быстро, как и пришла: ведь и Турецкий занимался той же самой текучкой, что и его подчиненные… Померанцев вздохнул последний раз и сосредоточился на словах Александра Борисовича, коротко и сжато изложившего ему суть случившегося.

– В общем-то, – заключил Турецкий, – особо винить этого Никонова трудно: все улики с самого начала указывали на Строганова, к тому же, обнаружив труп, он, вместо того чтобы вызвать милицейских, сбежал.

Его «запаниковал» звучит убедительно, но и то, что следы своего пребывания на месте убийства не только не скрыл, но в принципе наследил по полной программе, еще убедительнее объясняется той же самой паникой… В состоянии аффекта человек убивает свою любовницу, затем осознает, что именно совершил, и в ужасе скрывается с места преступления…

– Да, – кивнул Померанцев, – такая очевидная, традиционная для подобных убийств схема, которая все остальные версии делает излишними… Чего возиться, если и так все ясно?

Он вздохнул и вопросительно посмотрел на шефа:

– Думаете, подстава?

– Не исключаю, – вздохнул Турецкий.

 – Поскольку на театр Строганова явно наезжали, причем крупно, отрабатывать эту версию будем… В «Дом оперы» поедешь ты, и чем скорее – тем лучше.

– Кто еще будет работать по этому делу?

– Группа небольшая, но, я считаю, вполне крепкая… К тому же, – усмехнулся Турецкий, – если иметь в виду тебя, то можно сказать – и полгода не прошло, как вы расстались!.

.

– Неужели «Глорию» решили опять привлечь?

– Пока лично я такой необходимости не вижу: Вячеслав Иванович Грязнов не сказать, чтобы очень охотно, но все-таки поделился своими лучшими оперативниками, Романовой и Яковлевым… Устроит?

– Класс! – искренне восхитился пробивной силой своего начальника Померанцев.

– Вот и отлично. План следствия, надеюсь, положишь мне на стол завтра… Не делай большие глаза! Завтра – так и быть, во второй половине дня.

– Хотите сказать, ехать в театр надо прямо сейчас?

– Почему сказать? Я уже сказал. Созванивайся с ребятами – и флаг вам в руки!.. Не понимаю, почему на твоей физиономии не отразилось глубокое удовлетворение!

– Терпеть не могу иметь дело с этой… художественной интеллигенцией, – вздохнул Померанцев. – А если учесть, что в музыке, особенно в оперной, я дуб дубом…

– Не ты один! – строго прервал его Турецкий.