Убийство за кулисами

– Я могу сделать это минут за десять, слишком много об этом думал…

– И не забудьте про сгоревшие декорации… Кстати, я вижу, вы успели обзавестись новыми?..

– Что вы, нет! Почему вы так решили?..

Валерий кинул взгляд на золотое кресло.

– А-а-а… Нет, мебель огонь не тронул. Сгорели очень дорогие задники и часть не менее дорогих костюмов… Остальное цело, успели потушить все вовремя, иначе и от ДК бы ничего не осталось… – Он задумчиво покачал головой. – Мы тогда еще думали… Решили, что пожар – случайность, чья-то неосторожность… Даже заявлять никуда не стали… Собственно говоря, именно с пожара все и началось… Но давайте и в самом деле отложим это на завтра!

…Уже на выходе Померанцева с Романовой догнала пропустившая все предыдущее помреж – толстуха Римма:

– Товарищи следователи, подождите… Подождите!.

.

Померанцев, совершенно забывший о своей просьбе, недоуменно обернулся к запыхавшейся девушке.

– Вот, пожалуйста… Едва нашла! – Она сунула в руки Валерию толстую пачку бумаги формата «А-4».

 – Извините, экземпляр не очень четкий, машинописный… Его сам Валерий Михайлович делал, он на компьютере не умеет… Старики вообще с компьютерами не в ладах…

Впечатление «старика» композитор никак не производил, но у таких юных особ, как Римма, на этот счет было другое мнение.

– Вы выглядите расстроенной, – не удержалась Галочка. – Вы так любили Краеву?

– Краеву? – Бровки девушки сами по себе поползли вверх. – Н-не знаю… Понимаете, сегодня как раз два месяца с того дня, как Марк Иосифович погиб, я… я была у его мамы…

Голос девушки прервался и дрогнул.

Она опустила голову и уставилась в пол.

– Спасибо вам за либретто, – ласково сказал Валерий. – Вернем, как только увидимся в следующий раз.

…На улице по-прежнему было холодно, для лета – просто возмутительно холодно. Но Валерий с удовольствием вдохнул в себя воздух, показавшийся после всего увиденного и услышанного удивительно свежим.

– Ты чего примолкла? – поинтересовался он у Романовой.

 – Фигуранты не понравились?

– Почему? – Она пожала плечами. – Артисты как артисты… Они по жизни все склочники… Наоборот, мне главный фигурант очень даже понравился. Нужно достать его диск и послушать, как поет… Можешь считать меня необъективной, но на убийцу он непохож категорически!

– Я и сам не слепой, – усмехнулся Валерий. – И согласился бы с тобой на все сто, если бы не парочка обстоятельств.