Волга впадает в Гудзон

Только если я сейчас начну называть вам их имена, боюсь, более чем до половины из них «не дотянетесь» даже вы… Так какой тогда смысл?

Всеволод Иванович явно разнервничался, лицо его слегка порозовело, в глазах появился сердитый блеск. Слава Грязнов не выдержал и зло фыркнул:

– Во-во! Вначале заявляете, что мы «не дотянемся», а потом начинаете упрекать на всех углах, что очередное следствие по очередному заказняку пять лет тянется.

Томилин вспыхнул и хотел что-то возразить, но Александр Борисович пресек возможную дискуссию на корню:

– Давайте-ка данную сторону вопроса пока оставим.

 – Он кинул на Грязнова быстрый сердитый взгляд. – Всеволод Иванович, поверьте, лезть во глубину веков никакого смысла, во всяком случае пока, нет. Давайте вместе подумаем, постарайтесь припомнить все наиболее острые ситуации всего лишь за последний год. Исключая пресловутый московский энергокризис… Мы в курсе, что Мансуров по нему уже фактически полностью отчитался, ознакомились с пакетом его последних распоряжений. Лично я не нашел никого, кто был бы ими задет настолько, чтоб решиться на убийство.

– Согласен, – Томилин сразу же обмяк, на его лице вновь отчетливо проступили следы усталости. – Что касается вашего вопроса, сейчас попытаюсь… Что у нас было год назад?

Он нахмурился и на некоторое время погрузился в задумчивость.

– Знаете, – негромко попробовал подсказать ему Александр Борисович, – я созванивался тут с вашим старым знакомцем – главой объединения промышленников и предпринимателей.

– С Григорьевым? – автоматически уточнил Всеволод Иванович.

– С ним. Так он в ответ на вопрос о его личных предположениях сказал, что, на его взгляд, искать заказчика следует, как он изящно выразился, «на голубом экране». Чаще всего у нас, это известно, по телевизору мелькают отнюдь не бизнесмены, а политики. Ну или те, кто и политикой, и бизнесом занимается одновременно.

Всеволод Иванович слегка пожал плечами и посмотрел на Турецкого с сомнением:

– Ну не знаю… Конечно, противники реформ, которые Ренат предлагал в последнее время, были.

Но в свое время и в куда худшие годы их было еще больше, однако убить его за это никто не пытался!

– Например? – поинтересовался Грязнов. – Я имею в виду и реформы, и их противников.

– Да зачем далеко ходить? Десять… Нет, пожалуй, уже двенадцать лет назад именно Ренат предложил отменить экспортно-импортные льготы для Национального фонда спорта и для «афганцев», а вы, вероятно, догадываетесь, что это такое.