Граф Суворов

— неровным хором ответили окружившие меня однокурсники.

— Отлично. Если вы хотите взять только силой, подумайте еще раз. Удивите меня, приятно, и вам будет проще попасть в команду. База – боевка на три из трех, все письменные экзамены на высший балл. — произнес я, глядя на студентов. — Как вы меня, помимо этого, удивлять будете – ваше дело. Критериев нет, есть только правило – не попадаться. Ясно?

— А что делать если удивить не получиться? — мрачно спросил Жеглов, явно рассчитывающий показать себя в рукопашном бою.

— Что ж, в любом отряде нужны хорошие боевики. Никто не спорит. Но разве одного этого достаточно? — улыбнулся я. — Впрочем ладно, кто сумеет в схватке один на один меня одолеть – того возьму в отряд без разговоров. А по поводу удивлять – вы лучше у Шебутнова спросите, у него всегда получается предвосхищать задачи.

— Это потому, что они логичны, и я стараюсь как для себя. — усмехнулся Леха. — Но так как Суровый, сделать все равно не смогу.

Алекс, может поделишься планами на время после училища? В академию?

— Естественно. Как только стану официальным наследником Суворовых. — вернул я улыбку и однокурсники засмеялись, будто услышали хорошую шутку. Не присоединились к ним лишь трое. Я, Шебутнов и внимательно смотревший со стороны Хорь, слушавший весь разговор.

— А если не выйдет? — спросил Леха, взглянув на меня с мрачной решимостью.

— Выйдет. Есть такая шутка – Если ты Русский, умри, но сделай.

Ведь даже смерть не освобождает от выполнения задачи. — ответил я, и смех быстро затих. До народа, кажется, начало доходить, что я серьезен. — Что говорит устав все имперского конкурса? Только лучший может стать наследником Суворовых? Ну так нигде не сказано, что он должен быть из группы А или Б.

— Это очень серьезная заявка. — осторожно проговорил Валерий. — Даже если ты считаешь, что потянешь. Да что там, даже если ты и вправду потянешь, шансов все равно нет.

Где мы, а где «княжичи» и «бояре»? Они все – дарники. Если сейчас тебе удастся каким-то чудом их нагнать, после инициации разрыв окажется несопоставим.

— Судя по Вепрю и дежурному светонувшему нам свой камень – все относительно. — возразил я.

— Вепрь третьекурсник. — покачал головой Хорь. — Он уже умеет накачивать себя и кристалл, но долго бы не продержался. А сопляк, который против него стоял второй сорт по всем понятиям.

— Вот как.