Смертник из рода Валевских. Книга 1.

Дознаватели дали мне столько времени, сколько потребовалось, чтобы полностью перенести описание на лист, включая схематическое изображение граней. Хотя напряжение у моих собеседников всё же проявилось — отец Нор только что не вырвал у меня из рук описание «Тёмного шипа» и «Сопротивления стали». По лицу худосочного церковника нельзя было ничего сказать, но взгляд, которым он меня одарил, едва не сделал сквозную дыру.

— Они учатся, — произнёс Зурган что-то загадочное. — Адаптируются.

— Обращённые, — с ненавистью произнёс отец Нор.

— Чувствуется их влияние.

— Причём не простых обращённых, — согласился Зурган. — Но сейчас вернёмся к нашему разговору. Как я говорил, меня интересуют два момента. С первым мы уже разобрались, остался ещё один. В своём рассказе ты упоминал про целый рюкзак нюкса и заготовку для амулета. Призрак ничего подобного не нашёл. Ни нюкса, ни амулета. Ничего, кроме пепла, мёртвого лурга и твоего бессознательного тела.

— Нюкс горит, — зачем-то произнёс отец Нор.

— Причём не просто горит, но у нас сейчас разговор не об этом, — Зурган сделал несколько пометок на чистом листе.

— Значит, мёртвый магический тёмный, заготовка для амулета и рюкзак нюкса. Что-то ещё? Понимаешь, Максимилиан, магические камни обладают одной интересной особенностью — они редки. Места их формирования прогнозируемы, они должны отвечать ряду факторов. Ни один из известных нам принципов нахождения камней не указывает на то, что в обычном магическом тёмном третьего уровня разлома может находиться «Лечебная аура». Это ломает стройную конструкцию, выстраиваемую столетиями. Ты точно ничего не забыл? Встреча с неизвестным? Подарок отца? Что-то другое? Как к тебе попал камень?

— Мне больше нечего добавить, — ответил я. — Я вам рассказал абсолютно всё. Без утайки или искажения фактов. Несмотря на статус смертника, не могу сказать, что мне не хочется жить. И тем более я не горю желанием закончить свой век на костре отца Нора.

— В таком случае нам предстоит проверить твои слова, — Зурган сложил все бумаги обратно в папку и принялся медленно завязывать тесёмки.

— Тебе придётся подождать в этой комнате. Еду и питьё тебе вскоре доставят. Отец Нор?

Церковник бросил на меня злой взгляд и удалился вслед за магистром.

Еду действительно принесли — спустя два часа после того, как меня оставили одного. Даже вздремнуть удалось. Сидя, правда, но мне не привыкать. Наконец дверь отворилась, и ко мне вошёл незнакомый юноша. Угрюмый, как мои последние дни.