Восемь трупов под килем

Ну что ж, обычное дело, любой на твоем месте поступил бы так же. Подожди, не вставай. Хочешь что-то сказать?»

Язык не слушался, он постоянно куда-то западал. Он пытался ей что-то объяснить, но плохо преуспел, терял слова, путался в показаниях. Вспоминал теорию заговора. Жаловался на то, что кружится голова. «Вижу, что у тебя кружится голова, – сухо отвечала Ирина. – Очень жаль, Турецкий, но то, что случилось, было исторической неизбежностью. Не знаю, что она раскрывает – твою подсознательную сексуальную неудовлетворенность? Прости, я в этом не виновата.

Или ты считаешь, что только так можно гарантировать гармонию в семье?»

Он попытался взяться за нее. Ирина в ужасе отшатнулась. «Нет, я так больше не могу, Турецкий. Я должна тебя убить». Она рассказала, как вышла из туалета, где пудрила носик – да, возможно, она немного задержалась, но на то были объективные физиологические причины, о которых она сейчас не хочет говорить. Но это не повод в ее отсутствие надраться, как свинья, забыть о жене, снять первую попавшуюся телку и уехать с ней в дешевые «номера».

Она видела, как проститутка помогала ему спускаться по лестнице. Внизу их ждала машина, которая немедленно тронулась, едва пассажиры сели. Она перепугалась, вроде не должен ее муж так себя вести. Или то, что она видит, – не совсем то, что она видит? Побежала вниз, схватила первую попавшуюся машину, хорошо заплатила водителю. Выскочила на окраине, металась между домиками вшивого мотеля – в последний момент они с водителем потеряли из вида нужную машину, лишь заметили, что та свернула. Она всерьез была обеспокоена судьбой мужа, дала себе слово, что ни за что не поверит собственным глазам, но когда она ворвалась и увидела такое… В общем, она должна его убить. Но не убьет. Она уйдет. А он останется и пусть делает, что хочет.

«Ириша, это подстава… – бормотал он из последних человеческих сил. – Я похож на идиота, который едва дождался, пока жена уйдет в дамскую комнату, и тут же помчался напиваться, снял и потащил в грязь эту страшную девку?.

.»

«Нет, Шурик, ты не такой, – грустно ответствовала Ириша. – Но мне было очень неприятно, когда ты лапал ее. Она не страшная – если смотреть на вещи объективно. Ты не думал в тот момент о подставе. Прости, но я действительно ухожу. Проспишься – знаешь, где меня найти. Ума не приложу, как ты будешь объясняться».

Она ведь тоже нехорошо поступила – ушла, оставив человека в ужасном состоянии. Возможно, пройдя часть пути, одумалась, вернулась. Но было уже поздно.