Восемь трупов под килем

А в его состоянии… – мужчина сделал круглые глаза, видно, представил себя в его состоянии.

Захохотал толстяк.

– Русский человек, уважаемый Робер, может решить любую проблему в любом состоянии, если не будет задаваться глупыми вопросами, типа «зачем».

– А если без шутка?.. – насупился иноземец.

– А если «без шутка» – это не ко мне, – отрезал толстяк. – Откуда я знаю, как он попал на это судно?

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, господа, в вашу беседу, – пробормотал Турецкий, – но данная часть моих приключений остается загадкой и для меня.

Будучи человеком здравомыслящим и всячески неспособным к посягательству на чужую собственность, я никак не мог по доброй воле забраться на судно. Оказавшись на пристани, я бы, скорее всего, просто рухнул замертво и валялся до тех пор, пока меня не подобрала сочинская милиция. Можете поверить на слово, я не из тех людей, которым доставляет удовольствие нарушать чужую приватность.

– Что вы этим хотите сказать? – насупился Игорь Максимович.

– Он хочет этим сказать, Игор, – дама западных кровей произнесла имя на французский манер, проигнорировав мягкий знак, – что только с посторонней помощью он мог пробраться на «Антигону». Даже не пробраться… нет, другое слово… – дама раздраженно щелкнула пальцами, – О, мой бог, когда же вы начнете понимать по-французски?

– Размечталась, Николь, – хрюкнул толстяк. – Для этого нам национальность менять надо. Хирургическим путем. Лично я из вашего великого и могучего французского языка знаком лишь с одной фразой: «комбьен са ва кутэ» – «сколько стоит вот это?» Наша Николь, видимо, хочет сказать, что кто-то из присутствующих помог нашему гостю не потерять вертикаль и затащил на яхту, когда никто другой не видел.

Этот человек знал про пустующую каюту и про то, что в нее никто не сунется. Он почти не рисковал. А по виду господина было ясно, что до утра он точно не проснется. А если умрет, то вообще не проснется.

– Спасибо, – кивнул Турецкий, – вы сказали именно то, что я хотел сказать.

– Я сказал лишь то, что хотела сказать Николь, – блеснул белозубой улыбкой Феликс. – И это не значит, что я разделяю ее мнение.

– О, уи, – сказала Николь, – глупость страшная, но это так. Кто это сделал, посмотрел его документы, в которых написано, что он детектив… Я не знаю, зачем ему здесь детектив.

– О, мой бред!.. – схватился за голову Игорь Максимович.