Возьми удар на себя

– Что ж, вероятно, что касается фактов, Лена вам их даст: не зря же она так нервничала и злилась на Сергея… Теперь понятно, что из-за этой дамочки!

– Скажите, пожалуйста, вы не можете припомнить, кто еще, кроме Крутицкой, находился возле авторов выставки среди поздравляющих их в тот момент?

Голдина снова задумалась, потом слегка кивнула:

– Конечно, основное внимание у меня было сосредоточено на нем и этой Альбине… Но, по-моему, там же были Сумко, его девица, Семен Семенович… Нет, остальных не помню! Но большая часть гостей уже отошли к столу, ожидая банкета.

– А сам Карякин?

– Жора стоял возле нас, ждал, по-моему, Лабанина, чтобы посоветоваться со стариком насчет покупки картины, которая ему явно приглянулась: он своему вкусу и чутью не доверяет пока, и правильно делает. А девица стояла возле художников, совершенно точно, по-моему, ей Женя Расин приглянулся. То, что он был с подружкой, а она пришла с Сумко, ее явно не смущало…

– Она что же? Заигрывала с Расиным?

– Не то чтобы, но выпендривалась перед ним – точно.

– Это которая Елизавета Абрамовна Лискина?

– Наверное, – пожала плечами Голдина. – Кажется, он ее пару раз Лизой называл… Ее я видела впервые, так что…

– Ну что ж, единственный человек, которого вы, видимо, забыли назвать, – ваша помощница-барменша, – напомнил Саша. – Художники, насколько я понимаю, расположились справа от бара, верно?

Голдина, прежде чем ответить, неожиданно рассмеялась:

– Знаете, если вы подозреваете, что моя Люсенька могла кого-то отравить… – Она снова фыркнула.

 – Ну тогда можете заранее распрощаться с идеей поймать убийцу!.. Чтоб вы знали – второй такой трусихи, как она, к тому же доброй, как древняя христианка, в наше время просто не найти! Добрая, вплоть до полнейшей глупости. Способна оплакать не то что человека – голубя, которого переехала по случайности машина!

– Что ж, Людмила Иосифовна, – улыбнулся Турецкий, – на сегодня пока что все, позвольте ваш пропуск… Что касается наших подозрений и поимки убийцы, должно быть, вы в курсе, что цыплят считают по осени?.

.

– Малоприятная дамочка, – не выдержал и процедил сквозь зубы Анисимов, едва за Голдиной закрылась дверь кабинета. Остальные мужчины предпочли обойтись без комментариев, молча передвигая свои стулья поближе к столу руководителя оперативно-следственной группы Турецкого.

Александр Борисович задумчиво посмотрел на молодого полковника, которому недавно исполнилось тридцать шесть лет.