Возьми удар на себя

– Наши оперативники готовы выехать на места сами по первому вашему распоряжению…

– Позвольте вам напомнить, – сухо произнес Турецкий, – что этим делом я занялся по личной просьбе президента… Это его решение, а не наше и даже не нашего с вами начальства. На формирование опергруппы мне при этом дан полный карт-бланш, соответственно на места поедут люди, проверенные в работе мной, люди, которым я доверяю как профессионалам целиком и полностью. Что касается всех необходимых бумаг о неразглашении, они подписаны каждым из присутствующих, несмотря на то что, к примеру Валерий Александрович Померанцев будет, во всяком случае пока, заниматься версией «личной неприязни».

В кабинете воцарилось молчание – довольно тяжелое. Наконец, Анисимов коротко вздохнул и заговорил:

– Хорошо. Начну я, с вашего позволения, с принципа, по которому избирались… э-э-э… пункты назначения.

Александр Борисович кивнул.

– Здесь все просто: жалобы граждан, пострадавших от коррупции государственных чиновников на местах.

– А что, у нас есть такие места, где граждане от этого не страдают? – ядовито поинтересовался не отличавшийся выдержкой Померанцев, частенько получавший от начальства щелчки за свой неуемный темперамент.

– Не знаю. Лично я о таких не слышал, – спокойно отозвался Анисимов. – Но дело не только в наличии жалоб, а еще и в их количестве… Вы удовлетворены?

– Вполне, – буркнул Турецкий, бросив на Валерия сердитый взгляд.

– Тогда продолжу. Приехав в город в качестве бизнесмена, Кожевников для начала устанавливал связь с нашими местными сотрудниками, которые и выводили его на нужного человека… Разумеется, не как подполковника ФСБ, а как предпринимателя, вознамерившегося приобрести в данном городе предприятие, наиболее соответствующее его целям. Общение с разными людьми длилось разное время, прежде чем дело доходило до… до сути… Как вы понимаете, предоставлять постороннему человеку сведения, составляющие коммерческую или банковскую тайну, запрещено законом.

– И что же, все его… командировки были успешны? – мрачно поинтересовался Грязнов.

– Сергей Павлович был одним из лучших специалистов в этой сфере, за пять лет – ни одного прокола. Это не значит, что все подозреваемые становились обвиняемыми, что честных людей, ошибочно заподозренных во взяточничестве, не было вовсе.