У каждого свое зло

Надо было перевести Аллу из нянечек в сестры, надо было официально зафиксировать у Краснова старческое заболевание, требующее укрепления иммунной системы… Это все решалось без особых проблем, хотя план в каких-то деталях приходилось менять на ходу, уточнять, перекраивать. Ну, например, Алла поначалу очень трудно шла на сближение с новым человеком – она была угрюма, на заигрывания Игоря Альфредовича реагировала с презрительным пренебрежением; было такое ощущение, что она никому не верит вообще. Однако она все же заметно смягчилась, когда удалось добиться, чтобы ее перевели из нянечек в процедурные сестры.

И вообще, наверное, рассудила, что Игорь Альфредович – мужчина, вполне подходящий для той роли в жизни красивой молодой женщины, на которую он претендовал. И мало-помалу у них сложились те отношения, которые на языке юристов именуются гражданским браком. Она перебралась к нему, Игорь Альфредович наконец приоткрыл ей свой замысел. И неожиданно встретил категорическое неприятие всего столь тонко выстроенного плана.

Выяснилось, что свой первый проступок перед обществом сама Алла воспринимает как случайную ошибку. А предложение Решетникова «срисовать» интерьер квартиры видного коллекционера считает оскорбительным. «Я тебе не дешевая воровка, – кричала она, собирая вещи. – Я вовсе не хочу становиться твоей соучастницей, чтобы опять сидеть на скамье подсудимых!» В конце концов он чуть ли не силой удержал ее в дверях, они помирились. На его счастье, задерживался с приездом Петерсен, о чем он однажды уведомил Игоря Альфредовича неизвестно откуда посланным заказным письмом, которое пришло – о ужас! – на тот самый абонентский ящик.

Значит, читал все-таки народ объявления; и тут возникал еще большой вопрос: случайно ли Серов дал ему тот телефон господина Петерсена. Прямо какие-то сети шпионажа! Но как бы то ни было, отсутствие Петерсена не могло продолжаться вечно. Впрочем, все решилось словно само собой, когда началась очередная эпидемия гриппа.

Поликлиника, где работала Алла, располагалась в самом центре города, стариков здесь, как и по всей Москве, было немало. И вот, когда во время эпидемии гриппа руководство поликлиники заставило всех процедурных сестер ходить по домашним адресам, лечить ветеранов, занемог и Антон Григорьевич Краснов, из-за которого они ломали копья. Сначала у старика был грипп, потом начались какие-то осложнения, ему прописали курс общеукрепляющих инъекций.