Десант в Забайкалье

Тот вскинул на Сергея спокойно-удивлённый взгляд:

– Зачем вы так? Напрасно! – Он осуждал всем своим видом и, чтобы сбить накал, польстил: – Какие у вас крепкие ребята!

Сергей принял намёк, дал малую отмашку: чуть приподнял ладонь и опустил, мол, не стоит напрягаться и, как бы извиняясь, пояснил:

– Пиджаки немного тесноваты, в цивильном не привыкли, трудились на благо Родины в местах труднодоступных, там и накачали мышцы. Это – Николай, Егор, – те в ответ привстали.

– Охрана?!

– Ну что вы! Друзья, артель, команда.

И всё же не будем отвлекаться – вы получили перевод? Удовлетворены?

Профессор позволил себе улыбнуться лишь правым уголком губ.

– Вполне!

– Тогда к главному, – Сергей откинулся на спинку стула, – я заказываю.

– Вы опоздали, – охладил хозяин стола и щёлкнул официанту – тот принялся наполнять стол заранее приготовленными закусками. Профессор по-свойски обратился к Егору: – Распечатывай виски, ром, не жадничай, наливай до края, от души, потом самостоятельно: кто сколько хочет или сможет.

 – Улыбнулся всем. – За окончание дела! До дна!

Ещё налили. И ещё. Пили раскованно, закусывали не торопясь, словно в родной семье. Николай по привычке оценивал окружающих. Через столик выглядывало и суетливо пряталось немного пухлое знакомое лицо. Это раздражало, сделав вид, что опьянел, он встал, его повело в сторону, чтобы не упасть, переключил движения на «автоматический режим», сделав их отточенными, как у заводной куклы. Протянул вперёд руку.

– Я в клозет, позывы требуют.

В холле на банкетке, раздвинув до предела ноги, восседал бритоголовый – копия парня в кепке, маячившего возле конспиративной квартиры.

«Как тарасун пить, так вместе с нами, а как Профессора страховать, так порознь», – с некоторой обидой подумал Николай, и ему захотелось приколоться:

– Привет, брателло! Как на стрёме? Не скучно?

В ответ взгляд снизу вверх, как будто сверху вниз, уверенный, самодовольный, мол, кто ты, а я здесь – всё.

Подбежал одутловатый, протараторил что-то по-бурятски. Бритый неспешно поменял свой облик, доброжелательно кивнул. В зал возвращались вместе. Сомкнули два стола.

Профессор указал на братьев.

– Сыновья друга: крепыш – это Баатар, по-бурятски богатырь, Балхан, что значит пухлый, – это не кличка, так родители назвали.

– Во времена, – посетовал Николай, – захочешь пошутить: я его на итальянский лад назвал брателлой, а оказалось, что угадал.