Засекреченный свидетель

Мы успели опросить постояльцев соседних номеров, персонал отеля и других свидетелей и экспертов. Характерный звук упавшего тела слышали многие люди: в час ночи у нас жизнь, как говорят, только начинается, это, по нашим меркам, не так и поздно. Нашлась свидетельница, которая даже видела, как Калачев летел с балкона. Практически сразу же после его падения об этом было сообщено в службу безопасности пансионата, которая и вызвала на место происшествия нас. В общем, пока криминальная версия гибели президента РОК не нашла подтверждения.

Никто из опрошенных нами свидетелей не слышал, чтобы в номере господина Калачева перед падением ссорились или ругались. Упал человек с балкона – это трагедия, но такое происходит у нас за сезон несколько раз. Почему никого не удивляет, когда человек спотыкается? Говорят: ну споткнулся, и все.

Возможно, есть основания со всех сторон проверить версию самоубийства, но, скорее всего, мы имеем дело с самым банальным нечастным случаем. Анализ крови погибшего свидетельствует, что он в момент гибели находился в состоянии опьянения средней тяжести.

Александр Борисович поблагодарил прокурора. Выяснил, кто производил первоначальные следственные действия. Попросил выделить в распоряжение своей группы двоих местных ребят. Не обязательно Крахмальщика – лучше тех, кто уже занимался делом Калачева. Смирнов сказал, что непременно предоставит. С завтрашнего дня два человека, два лучших специалиста, поступят в распоряжение господина Турецкого. Сегодня он подумает, кто достоин такой чести, а завтра утром выделенные следователи встретятся с новым начальством в кабинете, который будет отведен для работы столичных гостей.

Затем Смирнов пригласил прибывшую следственную группу занять места в служебной «газели» и отправил всех устраиваться в той же «Жемчужине», с балкона которой недавно совершил свой последний полет президент РОК. В сопровождающие гостям был назначен следователь Борис Дерковский, который, в числе прочих, совсем недавно вел дело об убийстве журналиста Кригера.

– Борис эээ… Геннадьевич? Я правильно запомнил? – Турецкий, расположившись в микроавтобусе, обратился к сочинскому следователю. Тот кивнул. – Насколько я понял, именно вам поначалу было поручено дело о гибели Калачева?

– Да. Но мы только начали, по большому счету. Поэтому я категорических заявлений начальства не поддерживаю.

– Ого! – Александр Борисович покачал головой. – А что, есть основания для сомнений?

– Нет.