Самозванец

Сегодня они тебя ненавидят, а завтра начнут превозносить, если ты сумел привлечь их внимание чем-то интересным.

Когда подошла очередь чёрного сектора, первая пятёрка отправилась в центр стадиона, и мы с Шеном и ещё парой ребят уже стояли наготове. Вокруг нас кружились девочки гримёрши, и ровно в момент, когда они упорхнули, с трибуны послышался крик.

– Отброс! Кое-кто передаёт привет, лови!

Вместе с оскорблением в меня полетел помидор. Со смачным плюхом приземлился ровно в шею, испортив белоснежный воротник рубашки и разлетевшись ошмётками по пиджаку.

Вычислить бросавшего не было никаких шансов, и мне оставалось только одно – сохранять достоинство.

В том, что это подстава от белобрысого богатея, не возникло сомнений. Во время нашей последней стычки он использовал именно слово «отброс». Да и кроме него, я больше ни с кем не вступал в конфликт.

Будь это просто разъярённый зритель, он крикнул бы «уголовник» или что-то в этом роде, и вряд ли бы стал «передавать привет». Среди зрителей встречались недовольные, что заключённых допустили к учёбе.

Но что ещё оставалось администрации? Супергерой есть супергерой. Проще дать возможность стать полезным, чем оставить в тюрьме и потом столкнуться с возросшей силой, которую никто не сможет контролировать. А пряник часто намного действенней кнута, особенно если учесть, что большинство из чёрных браслетов ступали на кривую дорожку, потому что росли в бедности и очень хотели улучшить свою жизнь.

Так что помидор с трибун летел целенаправленно.

В спорте конкуренты нередко делают друг другу подставы, так что не могу сказать, что жизнь меня к этому не готовила.

Готовила.

И я хорошо усвоил, чтоб любую неудачу можно обернуть в свою пользу.

По рядам прокатился шепоток, люди замерли в ожидании, а камеры пристально уставились на меня.

Я смахнул с шеи остатки плода и растёр в пальцах мякоть. Он напоминал помидор, но внутри имел тёмный фиолетовый оттенок. Пальцы окрасились, и я провёл им по щекам под глазами, как это делали герои боевиков из моего детства.

Это было открытое объявление вражды. Да-да, Джонни, теперь мы враги, гадёныш ты никчёмный. И я разделаюсь с тобой на глазах у миллионов зрителей.

Нашёл глазами ближайшую направленную на меня камеру и подмигнул. Без улыбки, по-мужицки, давая понять, что всё под контролем. Поправил пиджак и продолжил невозмутимо смотреть вперёд.

– А ты кру-ут, – восхищённо протянул Шен, – уделал засранцев.