Золотой выстрел

Может быть, это что-то подскажет, не знаю… Во всяком случае, объединять дела об убийствах президента и гендиректора «Северо-Запада» в одно производство я пока оснований не вижу. Этим Кажданом занимается «важняк» Томилин, ты его знаешь, Саня, так что если Олегу Борисовичу потребуется помощь, уж не откажи, восстанови свои былые связи. Да вы, по-моему, с Томилиным и не конфликтовали в ту пору, когда мы все там, на Новокузнецкой, работали.

— Нормальный был мужик… Ну маленько с гонором. Так это даже помогает, когда свидетелем проходит какая-нибудь шишка.

Спесь-то ведь по-всякому сбивать приходится…

— Это верно, — вздохнул Меркулов. — Ну все, свободны. Олег Борисович, идите оформляйте командировку, я сейчас позвоню.

— А как же вы, Александр Борисович? — спросил Олег, когда они покинули кабинет Меркулова. Он не совсем понимал роль Турецкого в состоявшемся разговоре у заместителя генерального прокурора.

— Что — я? Как всегда, на подхвате! Хуже нет — чужие дела доследовать… Слышь-ка, а я бы на твоем месте все же смотался в Московскую прокуратуру.

Вдруг зацепочка? Мало ли… Передай Жоре привет. Георгию Наумовичу. Он возражать не станет. Скажи, просьба Меркулова. Или моя, если хочешь. А вообще, если поедешь, я могу ему позвонить — предварить, так сказать…

— Пойду оформлюсь, а потом загляну, — деловито сказал Олег и церемонно поклонился сияющей Клавдии Сергеевне.

Когда он ушел, Турецкий сказал осуждающим тоном:

— Вот, Клавдия, до чего ты молодых людей доводишь.

— Ты бы уж помалкивал, — упрекнула в свою очередь она, — проказник!

«Ба! — подумал Турецкий. — Неужели до Клавдии докатились какие-то сильно порочащие мое имя слухи?! Невероятно!»

— Ты серьезно? — тихо спросил он, наклоняясь над ее столом.

— По поводу чего? — с вызовом спросила она.

— По поводу про-каз-ни-ка, — произнес со значением и по складам.

— Роза — это, конечно, твоя фантазия?

— А чья же еще!

— И что ты этим хочешь сказать?

— То, что ты, Клава, хорошая баба.

И что я тебя люблю. И раньше любил. Причем неоднократно.

— Нахал ты, — томительно вздохнула она. — А ведь я так давно тебя не… ощущала…

Он посмотрел на ее крупное, ухоженное тело, так и рвущееся из сковывающих его одежд, и подумал: а действительно, почему бы и нет? Кому от этого станет плохо?

— Так и быть, боюсь, что ты меня уговорила. Дождись меня у служебки, где стоит моя машина. Я отвезу тебя домой, Клавдия.