Бастард рода Кота. Третья жизнь

Зато с окном, правда, всего с одной створкой. И в данный момент – открытой.

Угу, убийство в запертой комнате отменяется. Вот как убийца вышел. Правда, он, видимо, скалолаз. Я бы на обледенелую стену лезть не рискнул, а за окном даже карниза нет.

Хотя «маменька» что-то там про магию Воздуха говорила. Может, мой убийца умеет летать или хотя бы медленно планировать вниз? Хм...

Я захлопнул окно и запер на засов, а то уже вся комнатушка проморозилась. Вот интересно, ставни на окнах самые обычные, даже стёкол нет.

А межкомнатная дверь открывается кольцом, кажется, магическим, и отъезжает в стену. Тогда как дверь в коридор без петель и распахивается в любую сторону. Очень разные технологии ведь. И главное – ни хрена ж не понятно...

– Так, это мне что теперь, каждый раз тебе дверь открывать? – хмуро поинтересовался я.

– А вы не закрывайте, – посоветовал Мэт. – Ну, на ночь только, если хотите.

Логично. А если у него в мешке есть ночной горшок, то насчёт ночных походов в туалет тоже можно не волноваться.

Хотя, в крайнем случае, и в окно отлить сможет.

Только непонятно, почему же его перстень не открывает эту дверь? Судя по его словам, проблема не в конкретном кольце, а в родовой принадлежности. А «маменька» что-то там про Императора-Дракона говорила. Что, императорскому роду не пристало самим двери открывать? Зато идти в пажи к бастарду – нормально. Бредятина какая-то...

***

Грянувший будто прямо с потолка колокольный звон заставил меня подскочить на кровати.

Да, я опять завалился на постель. Говорят, убийца всегда возвращается на место преступления. Вот про убитых, возвращающихся на место своей смерти, я никогда не слышал. Что и неудивительно, воскрешение из мёртвых – штука не особо частая. Я только про один такой случай знаю, да и тот достоверно не подтверждён, а основан больше на вере. Ну, это не считая собственного опыта, конечно.

Но, на самом деле, в почти пустой комнате попросту нечего было больше делать, кроме как валяться.

Вот и кот разделял мою точку зрения, только местом дислокации выбрал столешницу.

– Что это за хрень? – громко вопросил я, перекрикивая звон колоколов.

Вопрошал в пустоту, поскольку наглая пушистая жопа отказывалась со мной разговаривать после объяснения о том, что фамилиары не жрут. И даже не обзывался больше. А ведь без угрозы голодовкой его даже шантажировать нечем.

Кстати, надо бы уже имя кошаку придумать, что ли. Ну, не Мурзиком же его называть.