Наследие Древнего

И не пошевелился! Ух, кошачья жопа!

Борис вынырнул из-за дверного косяка, прищурил зелёные глазищи и встопорщил шерсть на загривке. Его вид словно говорил: “В этом доме может быть только один хозяин, и это не ты”. Несколько минут мы пялились друг на друга, а потом Борис утробно взвыл и рванул в спальню. На повороте его занесло, и когти с силой процарапали ламинат. Дрифтёр чёртов.

Самый красивый кот, которого я когда-либо видел, и самый вредный. Пушистое белоснежное облачко с розовым носиком и длиннющим шикарным хвостом.

Восемь килограммов милоты — но! только на расстоянии. Людей к себе Борис не подпускал, на руки не давался, гладить не позволял, чуть что ему не нравилось — моментально щерил клыки и показывал когти. Мне кажется, он только маму и любил.

Высыпав осколки в мусорку, я отправился в душ. Тяжёлый день закончился — да здравствует тяжёлый день!

Четыре месяца пролетели незаметно. И вот, наконец, поступил долгожданный звонок.

— Андрей, мы выиграли! — прокричал Олег так, что мне пришлось отнести мобильник от уха.

— Кузнецов объявил себя банкротом! Сто тридцать миллионов невыплаченных налогов! ФНСшники “Олимп” с говном сожрали. Об этом трубят во всех городских газетах. Я приплатил журналистам, чтобы новость вывели на региональный уровень.

— Класс, — я откинулся на спинку кресла и трижды постучал по столу. Из-за усталости не смог даже нормально порадоваться победе. Сил не было. — Что с тендером? Его снова выставили на торги?

— Ага, выставили, — гоготнул Олег.

— Но на него уже никто серьёзно не претендует. Только и разговоров о том, как опасно переходить тебе дорогу. И конкурентную фирму разорил, и уголовку на владельца повесил.

— Класс, — равнодушно повторил я.

— С тобой всё в порядке? — заволновался Олег. — Голос какой-то странный. Ты бы отдохнул, а то так и зашиться недолго.

— Хорошая идея, — я сгрёб документы в неровную стопку и засунул их в верхний ящик. — Сегодня вторник? Что же, проследи за всем, я до пятницы мёртв.

Фигурально выражаясь, конечно.

Олег закашлялся, а потом выдавил:

— Кстати, о мертвецах, — он помолчал, явно подбирая слова, и продолжил: — Мне тут сорока на хвосте принесла, что у Кузнецова-то башню сорвало. Пообещал отомстить тебе. Сказал, что готов в тюрьме сгнить, но тебя убьёт.

Я заправил кофемашину и нажал на кнопку. Однако я настолько вымотался, что пару секунд просто пытался понять смысл того, что сказал Олег.