Наследие Древнего

Я усмехнулся и спросил: — Ты лучше скажи, где тебя носит?

— Какая тебе разница? — огрызнулся Борис. — Нужно же мне хоть где-то от тебя, дурака, прятаться. Шарахаешься здесь, а ради чего? Может, нашёл, как нам вернуться обратно?

— А ты? — я вспылил. — Ладно, раньше ты был тупой скотиной, которая знала, только где расположен лоток и миска! Но сейчас же — умничаешь, расхаживаешь с важным видом… Так чего теряешь время? Найди выход!

— И где я его найду? — возмутился он.

— А я?!

Из моего горла вырвался раздражённый рык, Борис поднял шерсть на загривке, взглянул исподлобья и взвыл.

Но вой его моментально оборвался, стоило выйти из-за ближайшего шатра миленькой служанке. Она, очаровательно улыбаясь, подошла ко мне и передала бумаги.

— Господин Балицу попросил посмотреть.

— Благодарю…

Меня перебило долгое и громкое МЯУ! Поняв, что наше внимание приковано к нему, Борис с довольным видом затарахтел, как трактор, и потёрся лбом о мою ногу. Плюхнулся на траву и перевернулся на спину, выставив белый пушистый живот.

Потянулся лапками к служанке и состроил умилительную моську.

— Ой, какой красивый котик! — сразу же попалась на крючок служанка и присела на корточки. — Такой сладенький, такой умненький, такой ласковый…

— Да-да-да, это всё про него, — я закатил глаза, приложив ладонь ко лбу.

Борис откровенно прибалдел. Поэтому с негодованием уставился на служанку, когда та встала, отряхнула платье и, попрощавшись, ушла. В его глазах светилась вселенская обида и непонимание. Я, конечно, был удивлен его реакции, но воспользовался моментом его слабости — самым подлым образом напал со спины и попытался схватить его за шкирку.

Пальцы уже щекотала шерсть, как в следующее мгновение…

Прямо над Борисом распахнулся голубой портал — он не светился и выглядел скорее как пятно разлившейся на земле краски. Моя правая рука погрузилась в него по запястье.

— Ну и кто из нас попался? — злорадно прошипел Борис. — Страшно, балбесина?

Портал резко закрылся. Ну, почти. С тихим звоном его края ударились о цепи, вживлённые в моё тело.

Рукава плаща и рубашки отрезало начисто, они соскользнули прямо Борису на голову. Но цепи не закрывали руку сплошной бронёй — между ними была и обнажённая кожа. В нескольких местах портал слегка поцарапал меня, выступила кровь. Края портала разошлись, Борис испуганно принюхался.

На его морде застыло шокированное выражение — он явно не ожидал, что может запросто отрубить мне руку. Но через пару секунд Борис взял себя в лапы и принял самый суровый вид.