Петр Романов. Второй шанс

Наверное, во мне говорила моя собственная память, которая подсказывала, что наш герой был холопом, а чего холопа стесняться? Вот только у нашего, в моем мире, сыновей не было, умерли в младенчестве. Только дочь, которой Михаил Федорович за спасение свое благодарность выслал. Точнее, даже не ей, а ее мужу, но эта дарственная — это был единственный документ, дошедший до нас, подтверждающий, что Иван Осипович Сусанин действительно существовал, и что он спас Михаила Романова от смерти лютой под саблями ляхов.

В этом мире все было не так.

И крепостных не было, они как класс упразднились в тот самый момент, когда появились кланы. Теперь весьма уважаемые люди занимаются земледелием и животноводством. Фермерами их зовут. И работают они на машинах специальных, да с магией, а ежели помощь все-таки нужна, то фермер может нанять работников: заключается договор и платится оплата по этому договору. Все это я помнил, благодаря Петеньке, который у деда в Костроме узнал, что хлеб-то не на деревьях растет, и его не прекрасные девы утром собирают, и пересылают в лавки.

Все фермеры входил в кланы, чаще всего крупные и сильные, но рабами не являлись. Они были полноправными членами клана, со всеми правами и обязанностями. И вот обо всех этих нюансах я имел очень отдаленное понимание, которое мне нужно было выяснить, и сделать это, чтобы сразу же на примере посмотреть, что и как работает, то есть в Костроме.

Так вот, Сусанины фермерами не являлись. Они уже давно стали юристами и управленцами. И, например, конкретно вот этот Сусанин не так чтобы давно закончил эту самую школу, в которую сейчас вернулся в качестве помощника участника состязаний.

Значит, родовитости у него хватало, чтобы его отсюда не выперли. Только вот я не понимал, как именно он сможет мне помочь. Когда Долгов говорил о помощнике, я представлял себе кого-нибудь, типа Каца — опытного и зрелого мужа, но никак не молодого Сусанина. Да, разбираться мне еще и разбираться.

— Что у вас произошло с Иваном Долгоруким? — мой помощник выглядел безупречно: прилизанный, отутюженный, лично я на его фоне ощущал себя едва ли не как побирушка.

— Он оскорбил меня и мой род словом, а я его действием, — ровно ответив, я поднял со стола доставленный мне уже поздно вечером пистолет и принялся его осматривать. Накануне Иван все проверил и сказал, что этот пистолет вполне подходит для проведения дуэли. Подробности он тогда не уточнял, а вот сейчас решил спросить.

— Интересная трактовка, — Сусанин усмехнулся.