Петр Романов. Второй шанс

Но дело все-таки сдвинулось с мертвой точки, и я ощутил тепло, начинающееся откуда-то из-под ложечки и идущее к моим рукам, заставляя сердце немного быстрее стучать.

— Ну наконец-то, — всплеснул невидимыми руками Кац. — Теперь можно и к созданию заклинаний переходить, а то, сдается мне, бесценный ты наш, что все, что у тебя все-таки получалось, ты проделывал чисто интуитивно. Хотя, почему кажется, так оно и было. Слушай, Витя, ты не думал, что «Матвея» надо заменить? Он и в мое время уже не выказывал уважения и подвергался неоднократно критики.

— Нет, не кажется. Если ты в свое время сдулся на первом испытании — это не говорит о том, что все твои однофакультетчики ничего не умеющие папины сынки, — ворчливо ответил Долгов, пристально глядя на меня через какую-то призму.

— И дочки, и именно об этом это и говорит, — поморщился Кац, вглядываясь в ту же призму, что и Долгов.

— Фон стабилен, — наставник положил эту непонятную мне штуковину в карман.

— Ну вот, интуитивно он больше ничего делать не будет, мы за вечер смогли сделать то, что он не мог понять целый год. Можно нас поздравить с впечатляющим результатом.

— Вообще-то, я еще при жизни предлагал для закрепления результата розги, но вы так беспокоитесь о психике детишек, что пылинки с них сдуваете. Никто никогда не слушает старого еврея, а ведь Кац плохого не посоветует.

— Что значит интуитивно? — мысленно спросил я у притихшего Петра, уже не вникая в их препирательства.

— Сам не знал как, но умудрялся делать, — мрачно перевел мне последнее непонятное слово Петр. — А вот я понять не могу, как ты меня без магии уделал-то?

— Меня фехтованию с четырех лет обучали, — рассеянно ответил я ему, с удивлением рассматривая огонек, который дрожал на моей раскрытой ладони. Немного смущало, что огонек был синего цвета, но остальные на это никак не реагировали, только, время от времени, кидали на меня задумчивые взгляды, и я решил, что все в порядке.

Я прекрасно помнил, что когда я пробовал вызвать такой огонек самостоятельно, то у меня получились два разных, но сейчас я действовал целенаправленно, а не просто повторяя все те действия, которым пытались научить Петеньку. Вдобавок ко всему, я вполне мог допустить, что цвет пламени мог измениться из-за того, что у меня теперь появился голос в голове.

— Со скольки лет? Ни хрена себе.