Петр Романов. Второй шанс

Да и, в отличие от Сети, здесь не нужно выбирать из кучи предложенных ответов, потому что прекрасная Лариса Ивановна сама принесет все то, что требуется, да еще и защиту поставит, если все может плачевно закончиться, — я в который раз улыбнулся.

— Романов, ты просто дамский угодник, — библиотекарша забрала книги. — Ты еще что-то хотел спросить?

— Что я должен сделать, чтобы суметь пройти к парковому озеру? — я выпалил это, даже особо не подумав, что несу.

— Если ты не император Всероссийский, то ничего, — она усмехнулась, увидев мою вытянувшуюся физиономию.

— Когда-то давно между нечистью в лице водяного и Российской империей в лице императора, был заключен договор. Нечисти позволялось жить только в одном водоеме в империи, за пределы не выходить, детей не красть, юношей с дороги не сбивать и песнями волшебными на погибель не зазывать. Но и в озере том никто их трогать не будет, ну, а если найдется идиот, который сам сунется, то он может считаться законной добычей нечистых. Так что, Романов, даже не надейся.

— Да я просто так поинтересовался. А можно мне в таком случае еще кое-чем поинтересоваться, к примеру, зельем очищения? — прищурился я. Все же любопытство всегда меня преследовало меня, и я не мог не узнать все про это зелье. Все же может Соломон Израилевич преувеличивал, когда так отреагировал именно на его упоминание?

— Тебе зачем? — спустила она очки к переносице, пристально глядя на меня.

— Есть небольшой вопрос, тем более, нам же разрешено узнавать информацию по любому вопросу, который нас будет интересовать? — улыбнулся я, стараясь сильно на нее на давить.

— У меня нет литературы по данному вопросу, — скривилась она. — У меня все-таки школьная библиотека, а не закрытая секция в имперской.

— Спасибо, — пробормотал я. А ведь у меня не все так плохо в плане задания. Кому-то совсем не повезло. Хотя, может, ответ он узнает из Сети? Тоже, кстати неплохой вариант, может, я найду, более свежую информацию про кувшинки и пантеру. Тем более, мне не так уж много и надо.

Библиотекарша кашлянула, выводя меня из задумчивости. — Простите, — и я направился к двери. На пороге остановился. — До свидания, Лариса Ивановна.

— До свидания, Романов, — она говорила, уже не глядя на меня, а снова уткнувшись в свой журнал.

— Я тут подумал, — задумчиво проговорил Петр. — А ты ведь император.

— Я не Годунов, — покачав головой, я направился к скамье, стоящей неподалеку, на которой сидела, низко опустив голову явно расстроенная Назарова.