Петр Романов. Второй шанс

Он продолжил прерванную тренировку, а я долго стоял, пытаясь оторвать взгляд от его стремительных атакующих движений, которые переходили в оборонительные с недоступной для моего взгляда скоростью. Я тоже так хочу! Ну вот у меня появилась вполне конкретная цель — научиться драться так же, как и декан моего факультета. Это кроме той, в которой мне предстоит выжить, чтобы пройти это ненормальное состязание. И не следует забывать про поездку на все каникулы к деду в Кострому, где я смогу разобраться в том, что творится у нас с кланом, потому что с моими амбиции играть на вторых ролях, имея опыт пережитых лет царствования, ну и что, что не совсем удачный, да с таким дедом, мне совершенно не хочется.

Хотя сейчас умение — вот так двигаться и стать таким же смертоносным встало для меня на первое место.

Второе правило гласило, что дуэль должна проводиться только специальными сертифицированными пистолетами и никак иначе. Причем пистолеты могла предоставить любая сторона. Пистолеты перед поединком осматривались совершеннолетними, приглашенными следить за ходом дуэли магам.

Я ведь едва не упустил этот момент из вида. Хотя на территории школы, в общем и целом, не магов не было, так что, в данном конкретном случае, это было не актуальное условие.

Пистолеты, прошедшие сертификацию, были зачарованы таким образом, что ни при каких условиях не могли нанести смертельного ранения. Неприятные и болезненные ранения — это пожалуйста, а вот смертельные — нет. Как это было сделано, и какие чары применялись, не описывалось, но, как сказал Петр — не стоит забивать голову пока не нужной информацией.

Тем более, Долгов знает и сам разберется. А вот если происходит нарушение хотя бы одного из пунктов этих правил, то кодекс сразу же перестает действовать и при наступлении ранений или смерти одного, или обоих участников данное деяние рассматривается как причинение вреда здоровью или непреднамеренное убийство, и выжившему в последствии грозил суд с возможным исходом в виде пожизненного заключения.

Я отодвинул книгу, которую окончательно изучил, когда вернулся от Долгова, и поднял голову на звук открывающейся двери. Карамзин бросил легкую куртку на кровать и подошел к столу, за которым я сидел, изучая довольно объемный кодекс.

— Так это правда, что ты с Долгоруким драться на дуэли будешь? — протянул Дмитрий, падая на соседний стул.

— Похоже, что в этой школе ничего нельзя сохранить в тайне, — я усмехнулся.