Потерянный княжич - 1 том

Почти двести лет самых разных событий, абсолютное большинство которых хотелось как можно быстрее забыть. Ореол “Второстепенного Злодея и предателя” сделал из него того, кого пришли убивать без малого тысяча праведников этого мира. Все по канонам добра, одно Зло запинают единой, очень праведной толпой, чтобы потом написать песни и сложить поэмы.

“- Что-то мне не нравится твой настрой, брат, - резко сбавил градус позитива голос в голове.”

“- Все хорошо, Олег, - все так же тихо шепнул Цзян Шен.”

“- А вот мне так не кажется! Что тебя беспокоит?”

Цзян Шен не ответил голосу.

Он не помнил, как не знает и сейчас, какой была по счету его Судьба в стране под названием Россия. Он многого не помнил благодаря оковам ореола, что всегда стирали часть памяти о Судьбе уже после жизни. Высшим не нужно, чтобы отреченный набрался опыта или навыков, поэтому после смерти оболочки, оковы всегда вырывали из его души больше шестидесяти процентов практических знаний, оставляя эмоции и немного памяти. И эта процедура едва ли была приятной, скорее уж наоборот.

В той своей Судьбе он был рожден Романом, и был у него старший брат Олег. Олег погиб, спасая младшего брата в драке с какими-то наркоманами. Умер тихо, на руках у младшего. Это было в прописанном сценарии. И душевная боль от тех минут преследовала Цзян Шена до сих пор. Ему и в этой жизни иногда снились стекленеющие глаза брата и его успокаивающий шепот. Даже в последние мгновенья бытия этот человек берег его душу. Позже Цзян Шен ни раз спрашивал, почему Олег так себя повел тогда, только ответ всегда удивлял:

- Ну ты дремучий, а еще бог.

- Я не бог.

- Отстань, я все равно не мог тебя бросить. Ты - мой брат!

- И что с того?

- Достал! Считай, что тебе не понять “загадочную русскую душу”, раз простых слов не слышишь!

И, забегая вперед, глядя уже на проделанный Путь, Цзян Шен признавал, что так и не понял “русскую душу”, а просто берег, как единственного по-настоящему родного.

С его, Цзян Шена, взгляда тот поступок Олега - самое настоящее Деяние, достойное ореола Героя или даже больше.

Награды за спасение отреченного человек естественно не получил, ведь это было прописано в Судьбе. Высшие могут многое предусмотреть, еще часть предугадать и предположить, только кое-что неподвластно и им.

Олег не ушел за Грань мира смертных, не отправился в Навь той реальности или иной мир. Он остался. Остался, отдав на это свое право на перерождение.