Потерянный княжич - 1 том

- КАК ЖЕ Я ВАС НЕНАВИЖУ! - прогремело над всей равниной так, что многочисленные схватки остановились, а многие, кто не был силен в защите духа попадали на колени от боли этого волевого удара.

Самому же Цзян Шену казалось, что он лишь прошептал это самому себе. Он вообще ничего не видел вокруг, сознание будто блуждало, одновременно руководя телом.

Кровь, что уже пропитала разорванную одежду, начала слабо мерцать.

Его всегда предавали, в любой из жизней. Всегда умирали те, к кому он привязывался хоть немного.

И были судьбы, когда он отказывался от привязанностей вовсе, чтобы уберечь. Были и годы, когда он себя искренне ненавидел. В его Пути отреченного уже было все, что могло бы случится.

Ему изменяли любимые женщины. Его убивали и презирали собственные дети и внуки. Его продавали в рабство родители. Его травили братья и сестры. Случались вещи и много страшнее, чем маска чудовища для многих миллионов. Были и события куда более пугающие, чем подлость той, которая, как казалось, любила. Сбывались вещи более болезненные, чем гибель наставника, который тихо гордился успехами ученика.

Было, было и еще раз было.

И сам Цзян Шен не мог бы объяснить или хотя бы интуитивно ощутить, почему внутри него происходило то, что и происходило.

Бывший Высший каждой частицей того, что осталось от его божественной сути ощущал, как в нем, в самих этих крупинках, что-то сейчас мучительно гибнет. Нет, не просто отмирает, как сухие листья. Происходило что-то иное, схожее с перерождением в иное существо, но не оно.

Очередная техника праведника отбросила Владыку далеко в сторону. Техника Затухающей Жизни из раздела лечебных, точнее на их основе. Будь Владыка хоть на каплю адекватнее, то закричал бы от боли, потому что все его меридианы сейчас разрывало изнутри, уничтожая заодно и кровь. Только Цзян не чувствовал сейчас боли.

Он даже особо и не думал. Лишь ощущал, как что-то происходит, и не мог вспомнить этому названия.

Земля обратилась песком и мягко приняла в объятия тело.

И если бы его спросили, то Шен не смог бы сказать, какую технику применил, чтобы использовать землю в качестве перины.

На сине-серо-голубом небе уже проступали звезды. Уже не было заката. Это сколько они тут равнину в каньон превращают?

Ощущая мягкость песка под затылком, и то, с какой скоростью песок становится влажным, Цзян Шен смотрел в небо.

Такое прекрасное в своей неповторимости. Такое безбрежное и необъятное. Такое уникальное в каждом из миров.