Потерянный княжич - 1 том

И при этом ребенка явно учили. Туман отметил, что писать это тело умеет, как и читает он бегло. И при этом же, духу, вообще, казалось, что это тело всю жизнь провело по лабораториям. Уж слишком привычным для ребенка было подчинение приказам, как и само понятие "хозяин".

По всему выходило, что Крив был тем самым примером раба, которому "свобода" непонятна и смешна. Другого ребенок, а потом и подросток, просто не знал. Даже игры, или что-то на них похожее, не были детскими, а все с точки зрения "выполнения команд".

Худой, к моменту вселения Тумана, был настолько выдрессирован, что даже понятие "любопытства" у него было очень вялым. Да и страха перед ритуальным залом у этого тела не было, ибо приказ господина.

Многие воспоминании просто отсутствовали, как класс. Крив не помнил что было до того, как его привезли на тот аукцион. Помнил, что его чему-то учили, помнил что кормили, но не помнил где. А еще, где-то глубоко, как любой сирота, Крив верил, что это не его имя, как и то, что у него должна быть другая судьба.

Ни в клетке. Ни в боли. Но и как-то внятно объяснить свои надежды на лучшее он тоже не стремился. Он даже не задумывался о том, что любой следующий ритуал или опыт может его убить. Очень странно. И напоминало какие-то закладки в разум, а то и работу псионики, но ни того, ни другого Туман в голове тела не нашел.

Со своей же стороны, Туман, собирая обрывки памяти донора, как пазл, мог бы отметить, что ребенка растили рабом или… игрушкой, но и особых страданий в его судьбе не было.

Да, на нем экспериментировали. Да, на нем тренировали какие-то дары и заклятья другие дети, что говорили на каком-то диалекте итальянского, а потом и польского, но и действительно зверских пыток в его судьбе не было, как, впрочем, и свободы воли.

Олег, переваривая обрывки памяти вместе с Туманом, как-то выдал:

«- Очень похоже, что его купили в Империи, как слугу для тренировки детей… как зверюшку какую... или живую боксерскую грушу.»

«- А те ритуалы? – уточнил Туман, указывая на другие картинки из памяти.

»

«- А одно другому не мешает, брат. – усмехнулся Олег. – У меня, вообще, ощущение, что в Краков он попал случайно. Ведь детям хозяев нравилось его пытать, а потом играть с ним.»

«- Может потому и продали, что дети привязываться стали.»

Целители были уверены, что Криву уже исполнилось пятнадцать, хоть и ростом он выше и сильнее сверстников, но и до восемнадцати его тело не дотягивало.

Честно говоря, такие данные смущали.