Потерянный княжич - 1 том

«- Конечно! Сколько уже жизней я не был русским! Хоть родную речь, пусть и не совсем привычную, послушаю.»

- Может я не русский, а кто-то другой?

« - Крив Худой? Ну да, тут же столько вариантов…»

Туман рассмеялся. Ему не хотелось портить отличное настроение Олега, поэтому в тот раз он не стал уточнять, что ореол ощущался странно. Он не влиял на мысли и поступки, но больше всего отреченного смущало, что ореол «молчал». Раньше, в прошлых Путях, он выдавал информацию. Пусть не всегда полную, но хоть что-то. В этот же раз было иначе.

Настолько иначе, что Туман, не имей он опыта, мог бы счесть, что кары Небес в нем и вовсе нет. Однако, опыт у бывшего Высшего был, потому такое затишье заставляло все инстинкты буквально выть. Как и тот факт, что у этого тела была столь серьезная неубиваемость. Для местных регенераторы, подобные древним вампирам или бессмертным иных миров были не в новинку. Многих сильных дарованных и бомбардировкой не возьмешь, а от пули в голову те и не почешутся. Только это были опытные, так сказать, пользователи живы, с предрасположенностью именно на внутреннее усиление или использование живы, как постоянного щита или доспехов.

А уже это наводило на размышления о происхождении Крива Худого. И на причины, из-за коих ребенок благородных оказался и вырос в рабстве. Это сам Крив мог верить во что-то светлое в отношении своего происхождения. Только Туман не подросток, потому и верить в то, что «любимые родичи» ночами не спят, а желают вернуть сломленного обращением сынулю, не собирался.

В голову так и лезли рассуждения на тему какой-то подмены детей и битвы за Родовые ресурсы. Это было глупо, но неизвестность будущего медленно стала подтачивать терпение отреченного. Слишком, как оказалось, тот привык к постоянному контролю со стороны ореола, а получив некий аналог послаблений – растерялся.

Признавать, как и вообще рассматривать собственные изменения за века перерождений было неприятно. Его переделали даже больше, чем думалось еще совсем немногим ранее. Тумана несколько смущало даже собственное мышление. Ему было сложно привыкнуть к имени, как и к биографии этого тела. Все нутро буквально восставало против предложенной роли Крива, и его никто не одергивал от таких мыслей. Никто не принуждал играть роль более того, что сам Туман считал необходимым.