Дрянной Мир. Книга первая.

Откупорив крышку, я приложился к горлышку и почувствовал, что вливаю в себя не самое лучшее пиво. Впрочем, такой напиток был куда лучше обычной воды, поскольку мало кто сейчас кипятил её, а в пиве болезней куда меньше. Сразу я почувствовал себя куда лучше, будто бы влив в себя не алкоголь, а саму жизнь.

- Спасибо, отец! Я день весь не пил, а ты ко мне словно спаситель прибыл.

- «Всякому страждущему будет дарован спаситель.», - процитировал крестьянин одну из заповедей Белого Двора, - Сегодня я помог тебе, а завтра ты кому-то поможешь.

Такова воля богов.

Дальнейшую дорогу мы продолжили уже молча. Я слишком сильно устал, чтобы говорить и тратил остатки сил на то, чтобы не уснуть, несмотря на покачивания телеги на колдобинах дороги. Сам же старик тоже особенно не наставила на разговоре, продолжая пыхать дымом в воздух. Несколько раз он стряхивал пепел на землю, после чего вновь набивал трубку, подпаливал её от свечи в лампе, после чего вновь продолжал дымить. Не представляю сколько он может так курить, но удивляться даже этому не стоило.

Знавал я в своей прошлой жизни одного курильщика, что за день вполне мог выкурить по три, а то и четыре пачки крепких сигарет. Его не смущал не неприятных запах из рта, не проблемы с лёгкими или пожелтевшие пальцы. Он просто продолжал дымить, медленно загоняя себя в могилу.

В один момент телега остановилась подле одного из постоялых дворов, расположенных на самой границе города. Старик, жестом приказав мне оставаться на козлах, сходил в заведении.

Вернулся он отнюдь не быстро, из-за чего я было чуть не уснул, удобно расположившись на скамье, но тут меня активно принялись трясти за плечо.

- Проснись, путник.

- А? Что? – сонно спросил я, совсем позабыв о последних нескольких часах пути.

- Я договорился. Поспи у них в сарае, но утром уйди перед рассветом. Понял меня?

- Спасибо тебе, добрый человек!

Старик кивнул и вновь уселся на свободные от моего седалища козлы, после чего двинул свою телегу вглубь города. Не представляю, что ему там может понадобиться, но тогда свои размышления я отодвинул дальше в сторону.

Мозг желал сейчас одного только сна и от этого соображалка работала уж очень туго. Я, раскачиваясь и едва ли не падая, пошёл в сторону сарая постоялого двора, расположенного на его заднем дворе. Пришлось даже перелезть через калитку, ведь открываться она просто не желала. Взобравшись на небольшой чердак сарая, я просто рухнул на дощатый пол и мгновенно отключился.