Перекресток

Помнил себя в бытность красного олигарха и что случалось, когда невовремя всплывали казалось бы безобидные документы. Да и бежать к дому деда Огнедара совсем не по пути. Зато прогулка к мельницам прошла спокойнее. Народ на мага, пусть даже совсем молодого и с ученической фуражкой, который тащил какой-то мешок, смотрел спокойно. А тот факт, что там что-то периодически шевелилось, никого не волновал. Маги, что с них взять? Для себя Орлов сделал простой вывод: уносить награбленное, похищать людей и, что уж там, прятать труп надо исключительно в компании Йоси.

Дома Орлова встречала тишина и запах цветов. Любила матушка расставлять по комнатам букеты. И это без живых цветов ещё, которые в каждом окне создавали уют. Собственно цветы были самой настоящей страстью Алевтины Матвеевны. Дом, который прикупил за деньги, полученные в награду от императорской семьи – бывшая купеческая усадьба. Один его флигель когда-то полностью занимали склады. Он был сразу перестроен под оранжерею, так что теперь по всему дому всегда стояли букеты.

Начать Саша решил с матери. Во-первых, экзамен. Что уж говорить, отец особенно за их результаты не переживал. Кадетские корпуса не то чтобы брали всех, но для поступления было достаточно простого аттестата, череды славных предков и рекомендательного письма. С последним никаких проблем не было. Более того, Орлов старший получил их три: от бывшего сослуживца, ставшего генералом, от министерства внутренних дел и от губернатора. Нет. Если выбирать московские или питерские корпуса, то пришлось бы пройти отборочный конкурс.

Но и та рекомендации ценились больше. А вот маменька действительно волновалась и хотела, чтобы единственный сын пошёл по своему пути… Ну и во-вторых, надо было все же разобраться с мешком. Поэтому они с Йосей втащили его к на веранду, которая заменял Аа кабинет и дальше он толкнул целую речь.

Дескать, забавная история с ним произошла, нашёл новый, нулячий, портал, сделал маяк, прямо там на коленках и сбегал по-быстрому в новый мир. Дальше он немножко отредактировал историю, череп из неё пропал, а вот варваров-бандитов стало больше.

Так хотел подвести к девушке в мешке, которую не развязал, чтобы она не наделала глупостей и не смутила обывателей иноземной речью. Ведь новый мир, незнакомые люди… Но вот тут пленницы все испортила. В самый торжественный момент, когда он наконец вытащил её из мешка и снял кляп, вместо того чтобы заверещать что-то непонятное, она выдала на странном и ломанном русском.

– Эт есть дихое хамство.