Филолог. Магия слова

Это она шутит. Не борода у меня, а щетина, правда растет клоками разных цветов: рыжего, русого и белого, как у ведьмака. А я-то думал, щетина мне придает брутальности.

Цирюльник, также с легкой азиатчиной в лице, при виде меня только крякнул:

– Юноша, вам, наверное, немало неудобств доставляет ваша...хм...бороденка?

– Да, сделайте что-то с ней и волосы подравняйте.

– За пару ситов сверху, побрею так, что будете два месяца ходить гладкий, как младенчик.

– Шикарно! Да я вам все пять заплачу!

Эх, эту бы технологию да в наш мир.

Я бы разбогател.

Цирюльник намазал мой подбородок какой-то пахучей мазью и аккуратно побрил.

Волосы он тоже чем-то сдобрил перед стрижкой:

– Станут погуще.

А это уже лишнее. Я и так не жаловался на свои волосы.

И все же, встав перед зеркалом, я впервые почувствовал удовлетворение от своей внешности. Оказывается, у меня квадратная челюсть и неплохая прическа. Солидная, что ли. Самое то для мага-синкретиста. А еще я раздался в плечах и даже немного подрос. Чудеса...

Таня тоже похорошела: ее волосы покрасили в разные цвета и заплели в мелкие косички по местной моде.

Ульрика же осталась верна своему образу, оставшись блондинкой.

– Аль, принеси мне воды. Они высасывают из меня жидкость.

Я подошел к принцессе и едва удержался, чтоб не закрыть глаза от смущения. Девушка лежала на животе абсолютно голая, а к ее вздернутой попке присосались несколько пиявок.

Я, стараясь не смотреть на нее, налил воды и поставил рядом, а затем выбежал из комнаты.

Видимо, услужливый цирюльник подлил нам в кофе коньяка, потому что в гостиницу мы шли втроем в обнимку.

Я с гордостью смотрел на прохожих, оказавшись между двумя красавицами. А когда мы пришли, осмелился поцеловать обеих под недовольным взглядом Лота.

Утро же принесло легкое похмелье и долгие сборы в школу магии. Принцесса примеряла одно платье за другим, перебирала артефакты и красила глаза, покрасневшие от слез.

Дилижанс полз в гору, как черепаха, но другие пассажиры сидели с безучастным видом. Видимо, жаловаться и орать на возницу, здесь было не принято.

Встретила нас стража, вооруженная до зубов. И Ульрике пришлось долго объяснять, что мы – будущие студенты и приехали на собеседование.

Никогда в жизни я не видел такой роскоши. Дворец троглодитов, где по драгоценным камням буквально ходили ногами, померк и стерся из моей памяти. Залы, высотой около пяти метров, подавляли, заставляя чувствовать себя ничтожным. Здесь было все: серебро, золото, драгоценности, картины.