Правосудие по-славянски

— Папа, мама, мне надо серьезно с вами поговорить!

Я напрягся, ожидая реакции моих родителей на эту короткую фразу, но они среагировали именно так, как того и ожидал. Представьте себя на их месте: вот вы — взрослый, умудренный житейским опытом, отец семейства, у которого в голове постоянно крутятся вопросы, где бы достать денег и прокормить семью. Или мать, на плечах которой кроме домашних забот, еще лежат и все остальные вопросы обеспечения себя и слуг. Представили? Даже если ваш единственный сын обладает не по годам острым умом, все равно вы в лучшем случае пробурчите что-то невнятное в ответ на такое предложение.

— Да-да, хорошая идея, — пробормотал Масао, вглядываясь в свое отражение в чайной кружке. — Так и сделаем...

— Добавки, сыночек? — переспросила Атари, на короткий миг вынырнув из своих мыслей.

Пришлось тяжелым взглядом посмотреть на молчащую красную Нокси и пожать плечами: мол, я пытался, теперь твоя очередь. Та вздохнула и прокашлялась.

Она крайне не любила подобные разговоры. Мне с трудом удалось уговорить ее, пообещав поделиться доходами. Как оказалось, даже маги на службе самого Императора страдают безденежьем. Хотя у Ноксианы была какая-то своя история, которой она не спешила со мной делиться.

— Уважаемые супруги де ла Фэр, - негромко, но полновесно произнесла она, — вам стоит прислушаться к своему сыну! Нам всем предстоит долгий и серьезный разговор!

Вот теперь-то родаки встрепенулись с интересом и легким опасением взглянув на меня и волшебницу! Обычно девушка отмалчивалась за столом, поддакивая матери в ответ на ее вопросы о моем обучении.

И тут вдруг решила поддержать меня, их единственного и неповторимого сыночка! Это интригует!

— У вас есть новости о нашем сыне?.. — начал было Масао, но был тут же перебит Нокси.

— Не здесь! Давайте пройдем в ваш кабинет!

Брови родителей одинаково поползли вверх, но воспитание обоих не позволило им показать нетерпение.

Сопровождаемые любопытными взглядами Ясуо и Аланой, наша процессия двинулась на третий этаж в личные покои отца.

Я был тут пару раз. Не потому, что мне запрещали, а просто в кабинете нечего было делать. Кровать, стол, стул, бумаги, умывальник — шкафы с древними неинтересными пергаментами и прочим хламом — вот и вся обстановка. Судя по брезгливому взгляду мамы, ей тоже нечасто приходилось наведываться в эти спартанские палаты.