Герой или разбойник. Книга 1.

Лицо молодого кузнеца тотчас же прояснилось, и он с нежностью посмотрел на прекрасную девушку.

— Я не ревнив, моя милая, — мягко произнес он. — Я знаю, что ты горда и недоступна для молодых людей, посещавших гостиницу твоего дяди, но все-таки я боюсь, чтобы кто-нибудь из них не стал слишком упорно преследовать тебя. Ты сама, например, рассказывала мне, что принц несколько раз пытался поцеловать тебя. А принц ведь все-таки не обыкновенный смертный... К тому же все девушки находят его красавцем, и он может тебе также понравиться.

Белокурая Катя тесно прижалась к своему возлюбленному.

— Георг, милый, безумный Георг—нежно произнесла она. — Как могла прийти тебе на ум подобная мысль? Если бы даже сто принцев пришло ко мне, я всегда любила бы только тебя!

Георг с торжествующим криком высоко поднял прекрасную девушку и осыпал её лицо бесчисленными поцелуями.

— Катя, милая, любимая моя, — с радостью проговорил он. — Этот день так счастливо начался для меня! Сегодня же после обеда я пойду к твоему дяде и получу согласие на ваш брак!

— Да, приходи, мой возлюбленный, — нежно проговорила Катя.

Еще один поцелуй — и прекрасная девушка быстро побежала по широкой проезжей дороге.

***

Старый хозяин маленькой лесной гостиницы сердито сдвинув брови, слушал слова Георга Карасека, просящего у него руки белокурой Кати.

— Не вы один добиваетесь руки моей племянницы, ворчливо проговорил он. — Слишком большая честь для вас стать её мужем.

— Но что же вы имеете против меня? — печально спросил молодой кузнец.

— Деревенскому кузнецу я не отдам своей племянницы и баста! — ударил рукою о стол, внезапно вспылил старик.

— Но почему же? — с горечью спросил Георгий — Любой городской кузнец не зарабатывает ведь боле моего.

— Я уж раз сказал вам и повторяю еще раз, что я вам своей племянницы не отдам, — в сильнейшем раздражении произнес старик. — Вы получите ее только в том случае, если станете придворным кузнецом.

В эту минуту дверь открылась, и в комнату зашла белокурая Катя, которая, стоя в коридоре, слышала весь разговор, происходивший между Георгом и её дядей.

Опустившись на колени перед стариком, она умоляюще проговорила:

— Дядя, не будь так жесток! Дай согласие на наш брак! Мы ведь так любим друг друга.

Лицо старика покраснело от злости.

— Как ты смеешь говорит о любви, мерзкая девчонка! — грозным голосом воскликнул он. — Марш в кухню! Деревенский кузнец не будет твоим мужем и баста.