Человечьего сердца цветок

Слов больше не хотелось произносить, они дарили людям слишком простой уход.

Стоны разносились по всему кораблю. Кайн наносил удар за ударом, костяшки кулаков приятно болели. И вот, человек перестал сопротивляться. Кайн взял его за волосы и поволок прочь из каюты.

Через заваленные хламом черные коридоры он протащил его на палубу, матрос хватался за стены, но ничего не спасало его от рывков Кайна. Следы кровавых пальцев оставались на проемах и трубах.

Смех все громче, разливался по всему кораблю, уходил эхом в Пелену.

Кайн так и не понял – это был его смех.

И вот, они на палубе. Кайн швырнул матроса к бизань-мачте и подошел к веревке сигнального колокола. Несколько раз он потянул за нее, колокол пробил. Спустя некоторое время матросы стали сходиться из разных углов и щелей к Кайну. Почти вся команда окружила его и ждала остальных. Вышел сюда и капитан. Он подошел к Кайну и просмотрел на него.

Кайн, обессиливши, вымолвил.

– Постройте их…

– Стройся! – тут же прорычал Макстер, не отрывая взгляда от Кайна.

Матросы сбежались в ровную по струнке линию, встав в два ряда возле мачты. Избитый Кайном человек был лишь в состоянии смотреть на остальных, он утирал кровь, льющуюся из носа и рта. Капитан наклонился к нему и осмотрел.

– Что случилось, Кайн? Зачем ты избил Китингса?

– Он изменник… вместе с другими тремя матросами они затевали заговор против Вас. Они хотели вернуть нас с Пелены и загубить все, за что мы боремся.

Макстер задрожал, его глаза чуть не вылезли из орбит, пока он смотрел на избитого матроса.

Так прошло несколько секунд. Потом капитан поднялся в полный рост и посмотрел на шеренги матросов. Те дрожали перед ним, не зная что делать, за кого теперь прятаться.

– Молодец, Кайн – Макстер подошел к нему и похлопал, Кайн не отрывал гордый взгляд от толпы – я не прогадал, выбрав тебя старпомом. В назидание остальным, и чтобы все знали. Мы закончим путь! Любой ценой.

«Сальватор» снова остановился.

– А как быть с этим? – спросил Кайн.

Макстер бросил последний взгляд на матроса.

– Повесить. И каждого десятого тоже. Децимация – вот что вас убедит.

Капитан пошел по рядам и тыкал пальцем в некоторых ребят и девочек.

– Этого, этого, этого, эту, этого.

Остальные матросы, выпустив тяжкое дыхание, тут же набрасывались на названных капитаном. Их вели к мачте, через которую уже перекидывали веревки. Самый первый матрос оказался на рее также в первых рядах. Кайн лично, вместе с другими матросами натягивал веревку.