Человечьего сердца цветок

– Эй! Но мы же…

– В прошлый раз вы не все очистили, к тому же потом снова шторм был. Давайте, давайте, «Сальватор» должен сверкать со всех сторон!

Старший матрос похлопал в ладоши, подтолкнул Кайна к палубным и удалился.

Ребята оценивающе смотрели на новенького, Кайн вжался в форму и не знал, что сказать. Матросы переглянулись.

– Ну, че стоишь-то? Иди, переодевайся, щас пойдем драить.

Кайн надел форму. Теперь он был один в один как они.

Матрос с короткой стрижкой указал на себя большим пальцем.

– Я Гаюль, старший по отряду, вон тот рыжий Лом, справа от него, тот жирный тюлень, Марат, вон тот высокий Рик, это Максим, там спит Ден, ну а рядом с ним Смайл, но его можешь не запоминать, он у нас всегда молчит.

Кайн робко поднял руку, приветствуя остальных.

– Меня зовут Кайн, рад знакомству.

Гаюль похлопал в ладоши, собирая отряд.

– Ну что, пора поработать. Идем Кайн, еще наболтаемся.

Кайн был уверен, что вот-вот его кто-то да спросит про цвет кожи или волос. Но нет. На это никто даже не смотрел.

Говоря с Кайном, здесь все смотрели ему только в глаза. От непривычки юноше приходилось прятать взгляд куда-то, ведь раньше напрямую он видел только синие глаза Рики и темную грусть во взгляде Мольке.

Ребята направились вверх, поднимаясь к палубе ярус за ярусом. Все кипело работой, никто не сидел на месте. Казалось, где-то вдали играл веселый марш, который Кайн слышал в порту, когда команда спускалась на берег. Потом Кайн понял, музыка лилась из их сердец.

На палубе было как на городском базаре в праздничные дни.

Только люди носились с канатами, ведрами да инструментами, словно муравьи. Отряд Гаюля шел вперед к носу корабля. Здесь у бушприта собирались и другие отряды палубников.

– Так, у нас сегодня оба борта. Садимся на доску и вниз – скомандовал один из матросов.

Кайн понял, что нужно делать. У борта были длинные доски, подвешенные к палубам. Матросы уже начали перелезать через борт и садиться на них. В руках каждого по стамеске. Кайну тоже вручили такую.

Он посмотрел за борт, дыхание перехватило – большинство островов не было видно из-за облаков, над которыми возвышался «Сальватор». Корабль шел в одиночестве синего неба. Вскоре несколько десятков матросов, сидя на одной доске колупали борт от грязи.

Кайн смотрел на остальных. Он не мог поверить, что совершенно никто не боялся этого делать, ведь малейший толчок, и можно было угодить вниз. Но ребята спокойно делали свою работу, говоря о том и о сем.