Человечьего сердца цветок

– Выходит, что так, ваше святейшество.

Герцог поднялся со стула и подошел ближе к Кайну, не отрывая от него взгляда.

– Твой цвет кожи, твои волосы. Ты богоязыкий.

– Вы знаете о моем народе?

Морт недовольно выпрямился.

– Не перебивай меня. Да, я знаю о твоем народе. Но только в общих чертах, можно сказать, что то же, что и все. Богоязыкие, народ, который жил на отдельном острове, закрывшись от остального мира. Они имели предрасположенность к магии, именно они и создали магические слова, которые вы зовете разрядными.

Существует легенда, что эти слова им даровал сам Бог. В одну ночь, шестнадцать лет назад что-то уничтожило весь остров, и с тех пор он безлюден. А ты, выходит, последний из богоязыких. Чудно… чудно. Скажи, эти письмена на твоем теле, они у тебя с рождения?

Кайн замялся.

– Да, они у меня столько, сколько я себя помню.

Герцог посмотрел на капитана.

– Отлично, Макстер, теперь тебе осталось добыть звезду. Не волнуйся, я выполню свою часть сделки, можешь не переживать по поводу церкви.

Все идет по плану.

– Благодарю вас.

Макстер поклонился и уже собирался уходить, как вдруг Морт остановил его.

– Кстати, у меня есть работа для тебя.

– Слушаю.

– Нужно доставить груз в империю, распорядитель подготовит для тебя накладные. И еще кое-что, – он посмотрел на Кайна – вы, молодой человек. Как вам предложение поработать на меня?

Кайн был удивлен, что герцог вдруг перешел с ним на «вы». Он не знал что ответить.

– Поработать?..

– Именно, мне очень интересна ваша раса, и ваша способность к магии, если вы действительно богоязыкий.

Оставайтесь в особняке, мы пристроим вас, дадим все, что пожелаете.

Кайн дал ответ сразу.

– Нет. Я не могу остаться у вас, есть дело, которое мне нужно закончить.

Морт осекся. Кайн заметил, каких усилий стоило старику, чтобы скрыть всю злобу, которая рвалась сейчас сквозь лицо.

– Нет?.. Но – Морт странно засмеялся, от такого смеха холод по спине – но мне нельзя отка… послушай, я знаю, вижу по тебе, что ты никогда не жил нормальной жизнью.

Я дам тебе все, что пожелаешь. Мой дом станет твоим домом.

Герцог открыл руки, как будто Кайн должен был уже прыгнуть в его объятия.

Макстер посмотрел на юношу.

– Нет, ваше святейшество. У меня уже есть дом.

Руки старика сжались, и он убрал их за спину, встав ровно.

– Что ж. Будь по-твоему, богоязыкий. Позаботься о нем, капитан.

Макстер и Кайн покинули зал аудиенций.

Герцог сел обратно за столик.