Человечьего сердца цветок

Тут же он вцепился в горло мужчины, который совершенно не ожидал от своего узника ничего подобного.

Кайн чувствовал онемение в ладонях, чувствовал покалывание по всему телу. Это был гнев. Казалось, сил совсем не было, но видя как в его ладонях чахнет душегуб, что-то внутри переполнялось истинным удовольствием.

– Как ты смеешь называть себя врачом – шипел юноша, глядя прямо в его перепуганные глаза. Ему было противно видеть их, Кайн двумя пальцами по очереди лишил мужчину зрения. Только после этого гнев в груди утих.

Его место занял страх, страх от истошных воплей корчившегося от боли и вцепившегося в свои кровавые глазницы врача.

Кайн пополз назад, он услышал, как в комнату вбежали двое. Юноша лишь мельком увидел винтовку в руках одного из них. Он вскочил на ноги и метнулся к гранитному столу. Все вокруг оглушил выстрел. Секундный свист пули прервался звуком разрываемого мяса. Кайн ощутил острую боль в плече, его откинуло за стол.

– Вот черт, господин Хайлес, что с вами?

– Убейте его! Убейте этого ублюдка! Мои глаза, господи!

Кайн судорожно дышал, спрятавшись в темноте за столом.

Благо этот стол не имел ножек, а был похож на плоский валун. Юноша прислонился ладонью к ране, похоже, что пуля прошла навылет. Шепнув сквозь зубы очередное разрядное слово, он вспомнил Рику, все эти слова он когда-то выучил для нее, чтобы помочь справиться с болезнью. Но Кайну и в голову никогда не приходило, что когда-нибудь ему придется использовать их на себе. Плечо в момент перестало ныть, рана быстро затянулась.

Однако ни в одной книге не было разрядных слов, пригодных для убийства человека. Да и если бы были, Кайн все равно побоялся бы их запоминать. Мольке всегда говорил, нет ничего ценнее человеческой жизни. Кайн верил, его дар должен служить людям, но не отбирать у них жизнь. Он слышал, как в его сторону медленно подходили. Делать ничего не оставалось, он загнанный кролик. Развернувшись к столу, Кайн прислонился обеими ладонями к граниту.

– Эш эрумпер!

Стол разлетелся от взрыва на сотни осколков, они, словно картечь, устремились к его преследователям.

Всю комнату мгновенно захватило пылью, стало трудно дышать. Кайн поднялся на ноги и увидел, что охранники лежали рядом с врачом, оглушенные взрывом. На них, на удивление, было ни царапины. Кайн переступил через тела. В голове лишь на секунду мелькнула мысль.

«Их стоит убить»

Но Кайн встряхнул головой и пошел дальше.

Здесь в комнате был еще один стол, деревянный на сей раз.