Проклятый 7. Царство Тьмы

Первая – Отец еще не подготовился к Совету, а вторая – Царство Тьмы отреагировало на ваше перемещение в первый раз, отреагирует и во второй, но уже куда быстрее, и если мы окажемся сейчас там, Совет будет сорван, а этого допустить нельзя. Поэтому движемся вперед и не останавливаемся. Мне тоже не нравится вас провожать, но это моя обязанность.

Двинулись дальше согласно указаниям Еноха. Не тормозили, но в машину забралась еще и Аня, чуть-чуть потеснив на задних сидениях Нику, Гавриэля и Мелису с их ребенком. Все-таки, такой долгий путь не хотелось проходить пешком при наличии автомобиля.

Пакет с продуктами лежал сзади на полу, туда мужчина и потянулся, намереваясь достать бутылку воды, но вместо этого, нащупав, вытянул целый блок сигарет, с укором уставившись на младшего брата.

- Чего? – взвился Люцифер, а Аня, смотря на это, заметно оживилась.

- У тебя там блок, а ты мне две штуки зажал? – в ответ вспылил Сэйбл, - мышь, блять! Ах, ты говно, брату сигарет зажал!

Их перебранка вылилась в шутливую драку, когда старший избивал Люцифера блоком сигарет, приговаривая «ах, ты говно».

- Аня-я-я! Помоги! Успокой его! – донеслась от младшего жалобная просьба.

- А чего Аня-то? Тебя б не только блоком надо, - шутливо отмахнулась девушка, - мне даже пачки не выделил, жопа. Гаси его.

- Две дам, только убери его! Сэйбл, харош!

- Ах, ты… говно! – мужчина продолжал экзекуцию.

- Три и зажигалку, - выдвинула она условия.

- Согласен!

- И брату тоже.

- То-то же, - хмыкнул мужчина, зубами вскрыл блок, три пачки отсчитал Анюте, а три забрал себе, вернув остальное в пакет, а сам приоткрыл окно и закурил, довольно промычав, - м-м-м!

- Сэйбл! Дым в салоне… можно не при ребенке? – вмешалась Мелиса, когда Аня уже поднесла зажигалку к своей сигарете и замерла, - мам!

- А я хотела предупредить, чтоб только потолок не прожгли, - насупилась девушка и, глянув на Билла, осеклась, - да… и то верно.

Архангел сделал последнюю затяжку, выкинул недокуренную сигарету и размахал ладонью дым, извинившись. Аня старалась не обращать внимания на Нику, к которой буквально была прижата из-за количества народа на заднем сидении, но Чернова, будучи в непосредственной близости, сама дала о себе знать, аккуратно положив ладонь ей на колено.

Анна в удивлении приподняла брови, уставившись на руку.