Граф Суворов, том 6

— не стал спорить Таран, и отойдя в коридор отдал распоряжения, добавив от себя про возможность диверсии.

— А с этими тоже надо что-то решать. — кивнул я в сторону собравшегося «воинства». — Как бы они по дурости нам антенну не спалили или свет не перерезали.

— Разрешите разобраться? — спросил Строганов.

— Почему нет, действуй. — легко согласился я, не собираясь лишний раз выходить под палящее солнце. Василий забрал с собой двоих бойцов в резонансной броне и легкой трусцой двинулся вниз по лестнице. Нда… интересно почему все же тут нет грузового лифта? Может его тоже засрали и используют в качестве кладовки, а мы тут мучаемся?

Спустя почти пять минут Строганов вышел из стеклянных дверей, прямо к ожидавшей его во всеоружии солдатне, старик-начальник указал на моего денщика, но дальше у него что-то не заладилось.

Солдаты, начавшие было целиться в Василия, вдруг вытянулись по струнке. Затем забегали, выстраиваясь по росту, и Строганов пошел вдоль постройневших рядов активно жестикулируя и донося свои простые мысли на великом и могучем русском языке.

— …ать! …ать! …АТЬ! — доносились до меня обрывки фраз.

— Вот она, сила великого военно-ораторского искусства. — с легкой завистью проговорил Таран, тоже наблюдавший за построением. — Когда мы так научимся?

— Ну мне это и не надо, а ты тянись, перенимай опыт. В конце концов, не вечно же ты будешь взводом командовать. — пожал я плечами. — Лишь император имеет право на гвардию, состоящую исключительно из дарников, да и то, не сильно больше роты.

А вас у меня половина – два полных штурмовых взвода. Значит придется рано или поздно брать на себя ответственность за людей. В начале по звену. По пять человек на дарника, а после можно и расширить до армейских уставных норм.

— По роте на человека? А мы потянем? — хмыкнул бурят. — Пять тысяч рыл ни один фрегат не потянет. Это, не говоря уже о причитающихся соединениях тяжелой техники. Шлюпы, бронемашины, штурмовые доспехи, ПВО…

— Да, такую армию если и потянет, то только авианосец.

— мечтательно проговорил Краснов. — А что, может отожмем у эфиопов новую машинку?

— Иногда ты мне жадностью Леху напоминаешь. — заметил я, хмыкнув.

— Это не жадность, а бережливость. — ответил, смущенно улыбаясь Максим.

— Ну да, как скажешь. — отмахнулся я. — Если африканцы нас подловят на авианосце, вариантов особых не останется. Сколько у них экипаж? Три тысячи как говорил Василий? Если так-то мы замаемся их убивать и складывать.