Имя нам – Легион

Что-то в них меня настораживало. Прежде я всегда считал себя выдержанным человеком, имел даже некоторое время прозвище «Флегма тормознутая» и теперь не мог понять: какого, извините, хрена меня потянуло на безрас-судные подвиги?

В душу начали мало-помалу закрадываться нехорошие подозрения. «Игорь Иго-ревич» знал, как меня зовут. Он знал, где и когда меня ждать. Он знал, что я здорово влип… Он знал такое, что знать мог лишь в одном случае – в случае, если все мои не-приятности были заранее продуманы и умело спровоцированы.

И уж, наверное, лука-вые провокаторы осознавали, что жертва в конце концов обо всем догадается… Осозна-вали, но не придали тому никакого значения. Вот вам и права личности!

Я попробовал воспротивиться произволу, вскочил с кровати, но кровь не клоко-тала, и разум возмущенный не кипел. Обескураженный очевидной нелепостью собст-венного поведения, я глубоко погрузился в самоанализ. И вскоре пришел к выводу, что крошечный авантюрист, дремлющий обычно где-то на задворках моего подсознания, очнулся от спячки и с радостным смехом потирает истосковавшиеся по бродяжьему посоху ладошки.

«Э-эх, будьте вы прокляты, пришельцы подлые! Изучили вы меня действитель-но хорошо», – пробормотал я и отправился совершать утренний туалет.

Поплескавшись вволю, вытерся захваченным из дому полотенцем, совершив тем самым маленький акт мести «пришельцам». Ибо в ванной присутствовало махровое, белоснежное, пушистое и вообще роскошное, казенное. Перед большим зеркалом, вму-рованным в стену прихожей, принял атлетическую позу «двойной бицепс спереди», ос-калился в агрессивной улыбке.

Отметил недостаточный объем икроножных мышц, но успокоился отчетливым рельефом пресса. Прорычал: «Больше харизмы, мужчина!» и угрожающе выбросил напряженно сжатые «кошачьими лапами» кисти своему отраже-нию в лицо.

Отражение в ужасе отпрянуло.

Я демонически расхохотался и пошел одеваться.

Для задуманной прогулки натянул любимые «бермуды», вырезанные в свое вре-мя из армейских х/б бриджей.

Бриджи, в количестве двух пар, я спер на военных сбо-рах, венчавших курс институтской военной подготовки, и до сих пор то хвалю себя за это, то презираю. В пару к шортам подобрал любимую же белую майку с провоцирую-щей алой надписью «DO IT!» и вышел в коридор.

Кудлатого талисмана Бобика нигде не было видно. Других живых существ тоже.

Я наугад поскребся в ближайшую дверь. В ответ из динамика, разинувшего над нею свою решетчатую пасть, послышался грозный рык.