Нужный

– М-м-м, как вкусно! Мне еще кусочек! Божественно!

Через некоторое время, когда вазочка опустела и ароматный фруктовый чай из фарфоровых чашечек был допит, императрица продолжила.

- Вот только ума не приложу, как поступить с мещанским сословием. Вы только посмотрите на эти фамилии! Что канцелярия не могла других подобрать? – скривилась императрица, показывая бумажный лист придворным дамам. - Эти тупы, как пробки. Весь бал будут стоять в самом углу, словно воды в рот набрали. У этих вечно постные лица, которыми весь праздник портят.

То и дело крестятся и псалмы читают. А эти, напротив, рты не закрывают, все денег просят. Была бы моя воля, никого бы…

Договорить она не договорила, но всем и так было понятно, что она хотела сказать. Простому люду на пасхальном балу явно были не рады. Но выказать демонстративно такое отношение императорская чета не могла себе позволить. Ведь, всегда и везде торжественно говорилось, что пасхальные празднества показывают единство народа, всех его сословий.

- … А если, Ваше Величество, пригласить того мальчика? – вдруг встрепенулась одна из фрейлин, эффектная дама с крупными чувственными губами и выдающейся грудью. Она чуть подалась вперед с многозначительной улыбкой. – Помните его? В земской больнице? Ведь, как красиво получится, Ваше Величество. Глядите! Невинный подросток с горящими глазами и открытым сердцем, выходец с самых низов, обласкан Вашим Величеством! Это станет яркой изюминкой пасхального балла! Разве это не доказательство вашей милости к самым простым людям?!

На миг над столом повисла тишина.

На лице у императрицы отражались самые разные эмоции: от недоумения и до согласия.

- Этот тот самый юнец, что спас почти три десятка больных? А ведь, хорошая идея, баронесса. Очень хорошая, - Ее Величество кивнула фрейлине, тут же приосанившейся от похвалы. Причем другие придворные дамы с явной завистью посмотрели на подругу.

- Это точно заткнет рот этим гадким писакам! Так, милочка, ты этим и займешься! Нужно все обставить так, чтобы…

***

К этой задаче Рафи подошел так, словно планировал полноценную войсковую операцию с применением всех родов войск. Правда, откуда в его голове взялись эти знания, он лишь догадывался. Память о прошлой жизни так к нему и не вернулась. По-прежнему, это были обрывки самых разных воспоминаний, плохо связанных друг с другом.