Операция «Шасть!»

Илья, заметив задумчивые, серьёзные лица приятелей, довольно спросил:

– Что, пробирает?

– До селезёнки, – подтвердили слушатели.

– То-то. Я когда его случайно услышал на «Русской волне» полгода назад, все пороги оббил в нашем музшопе. И ни фига. Потом уже ребятишек застроил – они с соревнований привезли два первых альбома. Из самого Клязьмограда. А здесь вообще свежьё. Сам-то я давненько русский бард-рок слушаю, но этот – отдельная статья. Просто матёрый человечище. Правда, знакомец один упоминал недавно какого-то СашБаша.

Что-то где-то слыхал вроде квартирного сейшена в Черемысле, – тоже, мол, добрый молодец. Не знаю, не скажу.

– Илья, етить твою, и ты молчал, баобаб ты по пояс деревянный! – попенял ему Алексей. – Как, говоришь, его кличут?

– Жеглов. Жеглов Владимир Глебович. Прошу любить и жаловать.

– Уже любим. Уже жалуем, – задумчиво произнёс Добрынин и повторил медленно, как бы пробуя строки на вкус:

Грязью чавкая жирной да ржавою,

Вязнут лошади по стремена,

Но влекут меня сонной державою,

Что раскисла, опухла от сна.

– Нет, ну ведь надо ж так, а? – он покачал головой. – Жеглов… Жеглов. Знакомая какая-то фамилия.

– Да он, насколько мне известно, артист. По-моему, в клязьмоградском Театре-на-Лубянке. Может, где и в киношках засветился. В «мыле» там или в блокбастарде?

– Нет, не могу припомнить. Но шарит реально. Что да – то да!

В этот момент хозяин заведения щёлкнул пальцами:

– Мужчины, а не пора ли нам пуститься в разнос? На бис мы с вами, думается, обязательно сегодня споём.

Но позже. А сейчас рекомендую обратить внимание на скатерть-самокатку. Оцените, какие разносолы Инга смастерила.

Разносолы были самое то, что нужно. Исполинская курица, запечённая верхом на бутылке, груда золотистой запечённой же картошечки. Охапки разнообразной свежей зелени, корнишоны размером с детский мизинец, ароматнейшая копчёная грудинка. А ещё – изрядная миска столь аппетитных солёных рыжиков, что остальные продукты на фоне их казались самое большее сублимантами.

Алексей, сам заядлый грибник, обалдело развёл руками:

– Вот, значит, как! Не все, видать, природные богатства утекают к буржуинам, ой, не все! Не, ну глянь, один к одному. Муром, ксеришь ты их, что ли?

– К буржуинам? – развеселился Илья. – Погоди-ка.

Продолжая похохатывать, он вышел на кухню. Вернувшись, протянул другу затейливо разрисованную пустую банку.

– Читай, кудрявый. Видишь, внизу м-е-еленькая строчка: «Импортёр – Руссия, штат Черемысль».