Боевой засланец

Вернувшись, Килликан объявил, что король сможет принять не более трёх тысяч беженцев. На утро мы двинулись в путь ко двору короля Пантина.

Когда Килликан на очередной ночлежке завёл речь, что снова благородно мне уступает свою карету, я отказывался более настойчиво. Чувствовал я себя превосходно, эльф оправдал свою славу талантливого целителя.

— Хорошо, если тебе будет спокойнее, то пусть мне стелют на крыше кареты эти твои шкуры. – предложил я Киллу.

Тот кивнул и отдал распоряжение.

— Ты всю ночь крутился и стучал по крыше, - угрюмо сказал на утро Килл, - а я, знаешь ли, чутко сплю.

— Извини. Я не специально, - оправдался я.

— Не знаю, - ответил с самодовольной ухмылкой эльфийский принц, - это человеческое чувство юмора так сильно отличается от эльфийского? Или просто у тебя его нет?

Рассмеявшись он пошёл отдавать приказы перед отправкой, оставив меня в недоумении. Да, нужно за другими эльфами понаблюдать, умеют ли они шутить? Надеюсь, у них это выходит лучше, чем у их принца.

На пути в Пантин, Килликан пригласил в карету и Эллину с Бра́таном.

— Простите, что не пригласил раньше, - извинился принц, - больному нужен был простор и больше воздуха. Теперь же он здоров, как рунтский жеребец.

Эллина звонко рассмеялась.

— У Вас хорошее чувство юмора, принц Килликан!

Я недоуменно уставился на Бра́тана.

— В Рунте разводят очень выносливых коней, но они напрочь лишены сообразительности, чтобы их можно было обучить под боевых.

Я лишь поднял брови, а друг развёл руками.

Оставшуюся часть пути шутки были более смешными и понятными.

Король Рурк порадовал эльфийского принца больше, чем старый Роннан. Королевство Пантин готово дать место пяти тысячам эльфов на своих равнинах, и даже выделит им стада и пастбища, для пропитания. И ещё три-четыре тысячи эльфов, если согласятся, могут поселиться у Хельмовых топей и помогать в выращивании ганьджи, особого вида дурманящего табака, который растёт только у болот.

— Хах! Ганьджи! – усмехнулся я, - в моём мире тоже есть растение, которое так иногда называют, только это не табак.

— Ганьджи очень полезное растение, - серьёзно ответил Килл, - оно активно используется в медицине для обезболивания. В малых дозах используется для расслабления и отдыха, чем лечит душевные недуги.

— Ага, знаю я таких, которые с утра до ночи лечат свои душевные недуги. Совсем потом соображать перестают. – добавил Бра́тан.