Совиный сказ

Да, тротуар начинается прямо от стены дома! И от проезжей части этот тротуар отделён лишь жидким рядом высоких деревьев. Иногда. В лучшем случае. Непривычно от слова совсем.

Ничего, привыкнет. Главное, оказаться подальше от любых происшествий и бедствий. Любых.

- Ох, что ж это мы сидим! Самовар-то стынет во дворе! - спохватилась Василиса Никитишна. - Глаша! Иван! Самовар несите! И пряники!

- И мёда с закусью, - в догонку чуть повысил голос Глеб Гориславович.

Глава 4. Школа

- Тихон, просыпайся, тебе пора в школу, - сказала матушка, пару раз стукнув в дверь.

Школа... Тихон чуть было не застонал, вспомнив, что ему предстоит. Общий класс, лекции и практики, соединенные в уроки, четыре десятка детей одного с ним возраста. Только без памяти прошлой жизни. А, значит, со всеми вытекающими последствиями в виде детских обид, угроз, выяснения отношений и прочее.

Неизбежное зло массового обучения. Когда минимальная грамотность становится необходимостью развития страны, а не привилегией знати. Минимальный уровень знаний, максимальный уровень проблем межличностного характера.

В пять лет начинают учить, в десять - первый отсев. В пятнадцать - выбор направления, в двадцать - завершение учёбы. Целых десять лет ещё Тихону предстояло провести в школе. Брр.

- Тихон? - спросила с тревогой в голосе Василиса Никитишна.

- Да, матушка, я уже проснулся, - поднимаясь с кровати, ответил ей Тихон. - Через пять минут выйду.

Весьма удобной кровати, кстати. В меру мягкий матрац, средней жёсткости подушка, не жаркое одеяло.

Да, не княжеское ложе в полтора роста по ширине и длине, с периной из лебяжьего пуха, ворохом подушек всех размеров и таким же одеялом. Но и не жёсткая лавка обычного крестьянина, без тюфяка и одеяла, с подушкой из собственных рук. Нормальная деревянная кровать для одного, которой вполне было достаточно десятилетнему ребёнку.

Также в комнате присутствовал письменный стол у окна, сейчас занавешенного шторой и навесные полки для книг на стене, рядом со столом. Справа от двери стоял столик-умывальник с медным тазом, глиняным кувшином с водой и небольшим дешёвым подобием стеклянного зеркала: отполированной до блеска медной пластиной.

Там же висело и полотенце с широкими полосами обережной вышивки по краям. Сундук для одежды всё там же, справа от двери, за кроватью. Обогрев комнаты зависел от стены печки, которая образовывала косую стенку слева от двери. Топка печки, скорее всего, находилась во флигеле, у слуг. Ну, сейчас ещё топить рановато.