Я еще не барон. Книга I

— Антон, помогай! — крикнул я Иванову, который с круглыми от удивления глазами на меня уставился. Иопомнился, только когда я его окликнул в третий раз.

И тут студентов как с поводка спустили. Все пирожки улетели за считанные минуты. Бабки хотели помешать распродаже, но все, что они могли, так это с ненавистью прожигать меня взглядами и бормотать проклятья себе под нос.

— Уважаемые студенты, поезд отправляется через пять минут! — сообщила проводница, и все засуетились.

Последние пирожки разобрали, и ребята заторопились на “Соловей”, оставив жадных продавщиц с носом.

— Ну, а теперь и мы пойдём, — потянулся я, похлопав Антона по спине. — Спасибо за помощь.

— Странный ты человек, Михаил… — проговорил он и случайно натолкнулся на мужчину, наступив ему на ботинок.

— Ау! — возмутился тот. — Смотри куда прёшь! Новые ботинки!

— Прошу прощения… — склонил голову Антон и поспешил на поезд.

Я последовал его примеру. Наверняка бабки только и ждали, пока мы уедем. К несчастью для них, по громкой связи сообщили, что поезд на Москву задерживается на два часа.

Чертыхаясь, старухи ушли с перрона, так особо и не заработав.

* * *

В купе уже ждала сладкая парочка. Дима и Света сидели у окна и с хитрыми улыбками поглядывали на нас с Антоном.

— Мы все видели! — лыбился Бердышев-младший.

— Решил попробовать твой приём, только чуть его усовершенствовал, — улыбнулся я, высыпая целую гору мелочи на стол.

— Странный ты человек, Михаил Кузнецов… — выдала Нахимова, смотря на меня как-то загадочно.

— Вы что, сговорились? — повернулся я к Антону.

— Эх, поразил ты девчонку в сердечко! — Лора появилась передо мной в костюме проводницы. Вернее, почти — юбка вдвое короче, но жилет застегнут на все пуговицы. Учится девочка, молодец.

К нам постучались.

— Проводница? — удивился Антон и открыл дверь.

На пороге, переминались с ноги на ногу, стояли три парня из простых. И словно боялись что-то сказать.

— Что ещё? — удивился я, вспомнив этих ребят. — Пирожков больше нет!

— Ох, что вы, Ваше Благородие… — замотали они головами.

О как! Сразу “Ваше Благородие”.

— Ну, говорите!

Они в разнобой пустились благодарить меня, нахваливая расстегаи и их божественный вкус и понося жадных старух на чем свет стоит. Стоило довольным едокам уйти, как прибыла следующая партия. До самого вечера к нам, рассыпаясь в благодарностях, наведывались все новые студенты.

— Ну ты молодчина! — похвалил меня Дима. — Честно, мне бы даже в голову такое не пришло.