Мир падающих звёзд I. Ополченец

Они все пытались бежать в разные стороны и визжали так, что закладывало уши.

— Крысиный король! — ахнул Егор. — Мать пресвятая Богородица! — Он перекрестился.

Король между тем успел сориентироваться. Часть крыс осталась внизу, часть взобралась им на спины. На нас попёрло адское чудовище, состоящее из десятка тел. Снаряженное сотней ядовитых зубов и когтей-кинжалов.

— Бей! — рявкнул я Егору. — Те же крысы, только много! Руби!

Егор очухался и рубанул. Посредине, разнеся черепа сразу двум крысам. Минус две — это хорошо.

Крысиный король разделился надвое — уже такое. Не очень.

Эта тварь сильнее одиночных крыс. Я понял это сразу после того, как ударил.

Обычных крыс мой Удар как минимум оглушал. Крысиного короля он только обозлил. Я едва успел уйти в сторону от смертоносного веера из когтей.

Окей. Понял. Напрямую тебя не взять. Значит, меняем тактику.

И теперь ударил не в лоб прущей на меня четвёрке крыс, а так, чтобы выбить одну — левую верхнюю.

Сработало. Убитую крысу отбросило назад. Труп, намертво сцепленный хвостом с тремя другими, теперь волочился за тварью сзади.

Перемещениям оставшейся тройки он мешал. Да и сил у неё убавилось.

Вдохновлённый, я ударил снова. Ещё минус одна крыса. И плюс один волочащийся сзади труп.

То, что осталось от крысиного короля, теряло силы.

Я ударил по двум оставшимся. Короля отбросило назад, прямо на тлеющие угли. Тварь истошно завизжала. Вскочила и ринулась на меня. Стремительно — видать, дымящаяся шкура прибавила злости. И в этот раз уклониться у меня не получилось.

По предплечью чиркнул веер из когтей, оставив кровавый след.

Вот же ублюдочная тварь! Больно же!

Я разозлился окончательно. И в следующий удар вложил все оставшиеся силы.

Есть. Две уцелевшие башки крысиного короля впечатались в обугленную корягу. После чего запрокинулись назад под углом, не совместимом с жизнью. Но я на всякий случай подскочил к королю. Двумя ударами фамильного кинжала отделил мерзкие головы от не менее мерзкой туши — береженого бог бережет.

Обернулся к Егору.

Чтобы увидеть, как его меч сносит последнюю визжащую башку.

Башка воткнулась мордой в землю. И стало тихо. Так внезапно, что я потряс головой — точно не оглох?

А потом мне стало больно. Все четыре пореза на предплечье завопили одновременно, в один голос. Хотя, наверное, больно мне было и до этого, просто в горячке боя не обращал внимания.

— Мяу!

У моих ног снова появился кот. На порезы он смотрел с осуждением.

— Чего? — буркнул я. — Ну, задело. Бывает.