Мир падающих звёзд I. Ополченец

От чего всё-таки это зависит? Надо бы у Егора спросить.

И тут я услышал крик лошади. Не ржание, а вот прям крик — животное вопило в панике, и у него были на то основания: на боку её повисли, вцепившись зубами, сразу два злобных «мяча». Тряпки, намотанные на несчастное животное, помехой им, разумеется, не стали.

Я повернулся и бросился на помощь, матерясь сквозь зубы. Руками прикасаться к этим тварям — нафиг надо, поэтому сбил их, одну за другой, ударами сапога. Навис над ними.

— Ну что, уродцы? Лошадь браконьерствуем, а?

«Мячи» ответили злобным кваканьем.

Я занёс руку и отоварил одним Ударом обеих. Яд плеснул во все стороны, в том числе и на меня. Но Кольчуга помогла — по ней эта дрянь просто стекла, не затронув плоти. Из одной лягухи вылетела молния, и я стал богаче ещё на одну родию.

Лошадь, смекнув, что от меня исходит аура безопасности, никуда больше не шла, но ржала горестно. Раны на боку выглядели чудовищно.

— Ладно, не шуми, — сказал я. — Сейчас потестируем апгрейд.

Я простёр руку над истерзанным лошадиным боком и мысленно сотворил Знак.

Противоядие второго уровня, согласно справочнику, должно было справляться с ядом низших тварей. И — справилось. Из ран плеснули на дорогу струйки почерневшего, отработанного яда. Лошадь снова завопила — да, подруга, понимаю тебя. Помню, какие специфические ощущения при этом возникают. Но, к счастью, всё закончилось быстро.

— Спокуха, отбились, — сказал я лошади, приобняв её за шею. — Ты молодцом, боевое крещение прошла.

Соберёшься в кавалерию — звони, рекомендации дам. А сейчас мы с тобой назад поедем, к хозяину.

Лошадь дрожала, но как будто слушала. Я хотел сказать ещё что-то успокаивающее, но тут позади вспыхнул огонь.

Я резко развернулся. Поднял руку, готовый атаковать, но замешкался.

На дороге стоял парень примерно моих лет. Блондин, стриженный под горшок. Штаны и рубаха на нём были тёмные. Рубаху перетягивали многочисленные ремешки, на которых висели сумки и мешочки. Холщовые и кожаные, все разного вида и размера.

Одни затягивались, другие застёгивались.

Парень, подняв руку над трупами лягух, водил ею, и из его ладони струёй било пламя.

Такого я ещё не видел. Знак огня — который Красный Петух — у Егора работал несколько иначе.

— Э! — крикнул я. — Ты кто такой и зачем жжёшь мой хабар?

— Не жгу, а помогаю достать, — откликнулся парень, даже не взглянув на меня. — Лягухи — дрянь ещё та. Без огня попробуй достань кость, ядовитые все насквозь.