Вармастер. Боярская стража

Некоторая опасность в случае потери вами контроля была для предметов интерьера, но мне давно хочется сделать перестановку. Теперь пойдемте, я познакомлю вас с вашими новыми инструкторами. Тренировки начинать необходимо как можно скорее, до начала отборочного тура у нас осталось не так много времени.

Сначала мы отправились на конюшню, в манеж, где я удивил и Зверева, и самого себя. В прошлом был неплохим наездником, не более. И то, смотря на какой уровень равняться, конкур – самая слабая моя дисциплина в бытность пятиборцем.

Реципиент же судя по всему наездником был великолепным, а мне вместе с телом передалось его умение.

«Он держится в седле как бог, я просто не вижу, чем смогу помочь. Сам бы взял несколько уроков, но этому не учат, у него просто талант», – предельно просто доложил офицер-инструктор Звереву. Вот так количество моих наставников сократилось на одного.

Я было успокоился по поводу умения держаться в седле, но как оказалось, зря.

– Это все очень хорошо, – на выходе сказал мне красный боярин, заметно удовлетворенный по итогам посещения манежа.

– Плохо, что демонические кони раньше середины августа к нам не приедут, мы теряем время. Впрочем, будет повод сосредоточиться на других дисциплинах.

Когда Зверев повел меня к офицеру-инструктору по фехтованию, я как-то спокойно отнесся к этому делу. Поверил в себя. Причины были – знал, что в Русской императорской армии к началу XXвека с фехтованием было не очень, в войсках учили только базовому уровню «коли-руби-отход».

Специализированные залы с инструкторами, всего два, были только в Москве и Варшаве. Тем неожиданней сейчас было увидеть огромное помещение и экипировку, которая – со скидкой на время, сделала бы честь и столичному заведению.

В пустом зале встретил нас молчаливый инструктор. Был он, как и я, в простой полевой солдатской форме без знаков различий. Сухое, будто выдубленное смуглое лицо – покрытое хаотичной сеткой шрамов, радужка глаз едва подсвечена оранжевым отсветом.

Казах скорее всего – похож на моего приятеля из прошлой жизни, только старше на несколько десятков лет.

Внимательно, но при этом совершенно не цепляющим ни за что взглядом, глядя как будто сквозь, инструктор меня осмотрел. После, не говоря ни слова, бросил мне затупленную тренировочную саблю. Необычную – в основании клинка, у самой гарды, круглое отверстие для камня-накопителя. Пока пустое.

Теперь понятно все.