Вармастер. Боярская стража

– Она принцесса, ее убийство политически немотивированно.

– Ух ты, какие слова выучил, – хмыкнул Кирк. – У нас и так война, если ты вдруг не знал.

Надо же, без посторонних Кирк со мной более по-родственному общается. О сказанном им задумался – боярыня в зеленом тоже нелюдь, если по лицу судить, но с ней почему-то войны нет, она даже меня лечила несмотря даже на заметную неприязнь.

– Все войны кончаются.

– Эта кончится, когда вся нечисть будет убрана с лица земли.

Похоже еще один фанат резунов, какая приятная семейка.

Ладно, хватит разговоров – выдавать энциклопедические сведения родственничек не собирается, так что надо просто дать ему указание отвести ведьму наверх. Тем более что пленница, казалось, вот-вот испустит дух – полузакрытые веки задрожали, глаза под ними закатились. Тело девушки обмякло, и она сползла по стене, неловко раздвинув подтянутые недавно к груди ноги. Я хотел было приказать Кирку поднять ее, как вдруг в затылок прилетел удар и пол прыгнул в лицо, перед тем как я потерял сознание.

Очнулся почти сразу – хлесткий удар открытой ладонью пришелся прямо в огненный шрам. Неожиданно, но в этот момент сверкнула вспышка и отшатнувшийся Кирк схватился за обожженную руку.

Смаргивая муть перед взором понял, что сижу у стены камеры. В голове пульсирует боль, по шее стекают щекочущие струйки. Так, Кирк меня сюда подтащил только что, невежливо бросив. Сейчас он с отвращением плюнул в меня, но вроде бы не попал. Да он боится! Зря – я бы пульнул в него огнем, как в риттмайстера Шлогара недавно, но и огня вроде нет, да и руку не поднять от прибившей меня к полу слабости.

Кирк, почувствовал отсутствие угрозы и подошел ближе, нависая темной глыбой. Мне уже было все равно – перед взором плывет, под бровями пульсирует боль. Чувствуя, как снова теряю сознание, я опустил голову, но вновь получил удар наотмашь. Как ни странно, от обидной пощечины – уже по правой щеке, не по шраму, слегка пришел в себя, даже получилось сфокусировать взгляд.

Кирк, грубо схватив меня за волосы, заставил меня поднять глаза. Приблизив свое лицо вплотную, дохнув луком и чесноком, он зашептал на шведском. Я его не понимал, но по жестам и интонации, смысл угадывал – он говорил, что я сдохну здесь и сейчас, а найдут меня с голой задницей на ведьме, которой тоже недолго осталось.

– Мое имя Дуэйн Киркпатрик, запомни его! – вот это даже переводить не нужно и так понятно.